1
0
Он тронул эти полоски…
— Струны, — произнес он.
И слово, сказанное им, коснулось… струн и те зазвенели извлекая музыку. Его пальцы побежали все быстрее и быстрее, пока музыка не полилась единым покровом.
Она летела над цветами и лугами, плыла над волнами рек и озер. Шуршала среди крон деревьев и птицы, подхватывая её, несли все выше и выше к далекому небу.
И именно там они коснулись ушей той, кто искала своего возлюбленного.
Безымянный увидел лишь вихрь лепестков самых прекрасных из цветов, а когда тот опал, то на цветочном лугу появилась женщина. Женщина столь прекрасная, что цветы на её фоне посерели. Листва деревьев выглядела застывшим болотом. Лазурное небо покрылось сеточкой трещин.
Сама же она, в белоснежном платье, с волосами цвета черного мрамора и кожей, отлитой из бронзы, взмахнула белыми крыльями за спиной и, наклонившись, подхватила белый одуванчик. Зазвенели синие браслеты на её запястьях и корона, в виде миниатюрных крыльев, встрепенулась на ветру.
Её стройное тело не смог бы повторить ни один скульптор. Нежность кожи и прикосновений не сравнимы с лучшими их волшебных тканей седьмого неба. Грудь не возможно ни описать, ни вообразить, если никогда не видеть. Глубина глаз могла поглотить целые океаны, а их сияние — затмевало даже улыбку Миристаль.
Аштари. Богиня любви. Одна из тех, кто вдохнул, когда-то, жизнь в мертвое дерево, сделав его…
— Генерал, — произнесла она, протягивая одуванчик.
Безымянный принял и положил рядом.
Прекраснейшая из обитателей Седьмого Неба. Та, в чьих свитках записи о всех судьбах, коим было переплестись друг с другом. На краткий ли миг или на всю жизнь — Аштари никогда этого не знала. Они лишь вписывала имена, не более того.
— Я искала тебя, мой возлюбленный воин, — она потянула к нему руку, но Безымянный отодвинулся.
Глаза богини сверкнули и мир на мгновение резко померк. Любовь не всегда созидательна. Ляо Фень говорил, что она является одной из самых могущественных сил, объединявших в себе оба начала. Как созидание, так и разрушения.
Безымянный этого не понимал.
До того момента, пока они с Элен впервые не поругались и точно так же быстро помирились.
— Меня зовут Безымянный, — ответил бывший бог. — Что вы хотели, богиня, от простого смертного?
— Смертного? — засмеялась Аштари. И смех её звучал так, что даже стая самых музыкальных птиц не смогла бы перепеть одного её смешка. — Разве смертный может объявить войну всему Седьмому Небу?
— Объявить войну? — удивился он, а потом все понял. — Так вот, что Император вам сказал… что я объявил войну…
— И был изгнан сюда, в мир смертных.
Он промолчал. Лишь тронул пальцами струны инструмента.
— Прекрасное изобретение, генерал, — Аштари села рядом с ним. Она пахла так, как пахнет сама жизнь.
