2
0Обычно, я стараюсь никого не обижать настолько, чтобы это требовало реальных искренних извинений.
Как я это делала?
Залезала к папе на колени и ждала пока он оттает, погладит меня. И тогда уж…
Залезть что ли к Саше? Так себе идея…
Опускаю покаянно взгляд.
Саша протягивает мне бутылку.
Да… наверное, мне надо. Чтобы развязать хоть немного язык теперь. После моей истерики какое-то опустошение…
Беру из его рук. Это крепкая штука. Я такое вообще-то никогда не пью. Забираю с блюда дольку лимона. И задерживая дыхание делаю залпом несколько больших глотков. На глаза наворачиваются слёзы.
— О, боже! — засовываю в обожженный рот лимон. И отдаю обратно бутылку. Как он это пьет?! Крепкий алкоголь бьёт в голову и огненным комком падает в желудок.
Мир, пошатнувшись, расплывается. Через несколько мгновений расслабляется тело. Я словно плыву на корабле…
— Саш… не хотела… обидеть. За пощёчину извини.
Невесело чуть заметно ухмыляется, не поднимая глаз.
— Ну прости меня! — злюсь я от этой его отстранённости, тянусь к его руке.
Останавливающе раскрывает ладонь.
Машинально поправляет ворот свитера.
Закрываю от досады глаза… Надеюсь, он не интерпретировал мои слова, как отвращение к его шрамам!
Черт…
— Саша, я это все высказала просто от обиды.
Кивает. Делает еще несколько глотков. И ложится обратно на гамак, игнорируя моё присутствие.
Смотрю в затухающий костёр.
— Пойдём домой?
Ноль реакции…
Дотягиваюсь до его руки, пытается отдернуть, сжимаю крепче не позволяя.
— Поговори со мной…
Веду ладошкой по его пальцам.
Мне так тоскливо, что я больше не чувствую его особенных взглядов. Сжимает в ответ мою кисть и отводит ее в сторону. Отпускает.
Это похоже на… "" Все нормально. Уходи. Я хочу побыть один."" Мне кажется больше не нужно слов, чтобы понимать его!
Или я пьяная…
Сверху срывается несколько капель.
— Дождь… — озвучиваю я, снова сжимая его пальцы.
Переворачиваю его ладонь вверх и тоже ему пишу: ""Прости!"".
Он забирает мою руку и пишет в ответ: ""Идиспать.""
— Я не пойду без тебя.
Хотя в сон клонит. Ночь… да и текила…
Делаю еще несколько глотков из его бутылки. Потому что эта такая крепкая штука, что если он допьет ее один, ему явно будет плохо. И он уснет здесь и замерзнет.
Забираю его руку, и потеревшись носом о ладонь, вжимаюсь в нее лицом.
— Если я замёрзну насмерть… — ёжусь я от холодных капель, падающих на мою шею. — Прошу никого не винить в моей смерти. Я сама виновата…
Закрываю глаза. И парю в пьяных волнах. Его руки пахнут сигаретами и приятным парфюмом, дымом от костра, лимоном и немного спиртом. Мне хорошо! Почти что засыпаю…
Саша невесомо ведет второй рукой по моей спине. Гладит…
Улыбаюсь.
