2
0Там нет ничего нового. И это так болезненно сводит грудную клетку, что мне вдруг становится страшно за себя.
Какой-то неизвестный мне человек за несколько дней научился управлять моими чувствами, настроением и сделал эмоционально зависимой от себя. Это, наверное, ненормально… Я же каждые полчаса проверяю этот чёртов телефон!
Кто он?
Почему не предлагает встретиться?
Это же логично, вообще-то!
Макс садится внутрь.
— Ника, у тебя другой мужчина? Поэтому ты рвёшь всё между нами?
— Не поэтому.
— Но… он есть?
— Нет.
— С кем ты сейчас переписывалась?
— Какая разница?
— Есть разница! Я хочу понять: дело во мне или дело в тебе.
Отбирает телефон.
— Макс!
— Нет, я просто не понимаю…
Вводит мой нехитрый пароль. Телефон открывается сразу же на странице с перепиской. Мои щёки вспыхивают!
— Мхм… — просматривает он наши переписки. — Беркут. Это кто?
— Да я не знаю… — от неловкости начинаю мямлить я.
Какого вообще?!
— Верни телефон! — пытаюсь забрать его.
— Нет, — отталкивает мою руку. — Не знаешь? — зло ухмыляется. — И стихи ему не ты отправляла?
— Это не твоё дело!
— Ошибаешься! — нажимает на дозвон.
Мне кажется, я вспыхиваю до кончиков волос и осыпаюсь пеплом!
Нет-нет-нет…
Но Беркут не отвечает на вызов.
Макс зажимает иконку микрофона и наговаривает голосовое:
— Слышишь, чувак, ты тут имеешь борзость моей невесте писать, так имей борзость за это ответить. Возьми трубку.
— Макс, хватит!!
— Прослушано, Ник! — демонстрирует мне экран. Набирает. Беркут снова не отвечает на звонок. — Что ж он у тебя трусливый такой, что даже трубку не может взять? Или, может, он тебе с зоны пишет?
Снова зажимает микрофон:
— Тогда — свободен! — вальяжно.
Быстро скользя пальцами по экрану, ставит Беркута в блок.
Какая ужасная ситуация!
— И вот ради этого, Ник, ты разорвала наши отношения? — брезгливо.
— Дай телефон, — вздыхаю я.
Пренебрежительно протягивает. Выхожу из машины. Иду по обочине по направлению движения. Внутри пусто и противно от всего этого. И — да, мне неприятно, что Беркут не ответил.
— Ника, сядь, — догоняет меня на машине Макс.
— Оставь меня в покое.
— Ника, сядь! Твой отец порвёт меня за эту твою выходку.
— Вот и пусть порвёт.
Я вдруг понимаю, что больше не хочу общаться не только с Максом, но и с Беркутом. Потому что Макс своим вмешательством что-то сломал! И теперь тот факт, что Беркут не ответил на вызов, разрушил всё очарование общения. И мне так пусто, как будто меня прострелило насквозь пушечным ядром! И обидно до слёз.
Макс продолжает уговаривать меня. Вставляю наушники в уши. Мой браслет вздрагивает и тепло обнимает за запястье.
