3
0От такой картины все стоявшие после стрельб тетки испуганно распахнули глаза и пооткрывали рты, боясь даже дыхнуть.
– Не, пока лупить не будем, – наконец, принял «взвешенное и обдуманное» решение Тимур, – но если не проявят должного рвения, то…
Тетки хором принялись уверять, что вот кто-кто, но они точно готовы стрелять тут хоть до утра! И им это очень интересно, и вообще, можно бы еще чего попробовать пострелять, а не только из пистолетов.
Ты смотри, какое рвение сразу! Хах!
Тимур высадил новоприбывших и забрал уже отстрелявшихся дам.
Все они, проходя мимо меня, заискивающе улыбались, кивали головами.
– Спасибо! Спасибо, Федор! Когда еще будем учиться?
Вот прав был Аль Капоне – добрым словом и пистолетом (в нашем случае угрозой получения люлей) можно добиться большего, чем добрым словом.
Отработав стрельбу с еще одной группой, я понял, что пора закругляться – приближались сумерки.
С облегчением дождался, пока все «курсанты» поработают с незаряженным оружием, учась его держать, перезаряжать, ставить и снимать на боевой взвод, затем дал немного пострелять, после чего погрузил всех в машину и повез обратно.
Вот теперь-то, наконец, я точно поваляюсь в кровати…
Но нет. Сначала меня дернули обсудить завтрашние планы уже со всеми участниками, а не только с Тимуром, затем еще меня заставили дать лекцию по помповикам и автоматам, которыми завтра планировали вооружиться все, кто ехал в рейд.
Лишь ближе к двенадцати, быстро отужинав успевшей остыть кашей, которую мне любезно оставили соседи по общаге, я отправился спать…
Утро выдалось хмурым, холодным, и до кучи дождливым.
Мне бы радоваться, что наконец-то пошел долгожданный дождь, но чего-то не хотелось.
Быть может, потому что была дикая рань, и я люто ненавидел в такое время вставать, быть может, сам дождь был промозглым, холодным, уже ни разу не летним, а что ни на есть осенним.
Это был еще не ливень, но уже близко к тому – крупные капли падали на землю, траву и кусты, били по листьям деревьев, по моей куртке и капюшону.
Непрекращающийся шелест, доносившийся отовсюду, словно бы нашептывал: «Останься дома…на кой оно тебе все надо?».
По такой погоде путешествовать, конечно, не очень хочется, но зато шум дождя позволит нам проскочить незаметно для мертвяков, а стоящая дождевая пелена, быть может, скроет от глаз тех, кто может замыслить против нас недоброе…
Я дошлепал таки до «Форда» и распахнул дверь.
– Давай назад, – заявил мне Семеныч, сидящий справа от водителя.
– А ты тут каким боком? Иди в свою машину!
– Не пойду, – отрезал Семеныч, – пока все вместе будем ездить – я в вашей.
Ладно, хрен с тобой. Выгонять его с места я не стал. И чего это его, интересно, заперло к нам?
Я влез на заднее сидение и поздоровался с Данилой, уже сидевшим здесь.
