Знак Сатаны

— А почему бы и нет? В конце концов, обошлось без жертв. Мы вернули мальчика матери… Женщина она была со странностями, но отличалась редкостной красотой… Через несколько дней мне переслали большую сумму — с указанием, чтобы эти деньги были вручены пострадавшей, если она согласится покинуть Вальделаплану.

— И вы надавили на Тибурсио?

— Ясное дело. За нее и заступиться-то было некому, сестра не в счет — они вечно друг друга за волосы таскали. В общем, я для начала попугал Соледад: сами знаете, было к чему прицепиться. А потом предложил денег — лишь бы скорей уехала. Ей вполне хватило бы и обустроиться здесь, и пожить в свое удовольствие, только при одном условии: больше чтоб в Вальделаплану — ни ногой. К тому же, кажется, у нее в Барселоне была любовь… В общем, она недолго артачилась. Говорите, вы ее видели? Ну и как, все в порядке?

— Ага, вашими молитвами. Без единой монеты, живет в каком-то притоне, наркотиками по уши уже напичкана.

— Господи! — шепчет умирающий. — Господи, вот к чему мы с ней пришли… А меня, знаете, вскоре подставили в одном грязном дельце и вышвырнули к чертям собачьим на мизерную пенсию. Жена пыталась выброситься из окна…

— Как вы думаете, мог ли тот мальчик вырасти в убийцу?

— Я не могу уже ни верить, ни отрицать. Только и возношу молитвы за то, чтобы не было бога. А, кстати, который час? Где Анхела? Мне больно, больно…

— Сейчас я ее позову, скажите только, что сталось с епископом Сигуэнса?

— А что с ним станется? Все там же, в Вальделаплане, носа из своего дворца не показывает. Время над ним не властно.

И снова мы — в номере отеля «Фальгера», но уже в компании Пучадеса. Инспектор пребывает в эйфории от свалившихся на него удач; Суси время от времени появляется из ванной, каждый раз оставляя там очередную деталь туалета, что, по ее мнению, должно способствовать разрядке сгустившейся атмосферы.

— Ты часом не спятил? — интересуется у меня инспектор, силясь придать физиономии выражение благожелательного участия. — Это же е-пис-коп! Доходит или нет?

— Не учи ученого — слава богу, я религиозный колледж посещал.

— Ах, даже так? — Суси проходится в бикини, легком джемпере и туфле на одну ногу.

— Тяжелое у тебя было детство, — вздыхает Пуча, — достали, видно, тебя церковники…

— Говорю тебе — нам надо срочно повидаться с монсеньором Сигуэнса, чтобы узнать, как сложилась судьба этого мальчишки. Впрочем, речь идет уже о взрослом человеке, в хотелось бы мне послушать насчет его алиби — где он был прошлой ночью, к примеру.

— Фидель во всем признался, — гнет свою линию фараон.