Зеркало Лукреции Борджиа

– Ну, что я тебе скажу, – начала Вера, задумчиво глядя в окно, – по всему получается, что нужно тебе про все это как можно скорее забыть. И думать о ребенке. Не пойдешь же ты с этим в полицию? В твоем-то положении… То есть я не беременность имею в виду, а то, как ты живешь. Ладно, мне пора. – Она поглядела на часы и встрепенулась: – Совещание уже началось! Звони, если что!

– Спасибо тебе! – отозвалась Людмила. – За помощь и за то, что выслушала…

– Обращайся, если понадоблюсь! И не пропадай! – Эти слова Вера выкрикнула уже на бегу.

Допивая сок и ожидая счета, Людмила думала, что ее новоиспеченная подруга тысячу раз права.

Нужно выбросить из головы всю эту историю и сосредоточиться на своем здоровье. И спрятать подальше эти треклятые анализы. В урну выбросить. Или вообще сжечь.

Но тут перед ней встало лицо мертвой Юлии. Как ни крути, а она заплатила жизнью за эти бумажки. Нельзя их выбрасывать.

И тут же, за столиком итальянского ресторана, Людмила приняла решение во что бы то ни стало узнать, что же случилось с ее мужем Антоном, кто его убил и за что.

Ведь он как-никак отец ее будущего ребенка, и, когда дочка вырастет и спросит, где ее папа, нужно ей что-то ответить.

Сразу стало легче – исчезли слабость и сомнения, но, возможно, это от сытной еды.

Людмила положила перед собой бланки анализов.

Ну и что ей нужно сделать? К Леопольду обращаться нельзя – он заболтает ее бесконечными разговорами и в результате ничего не скажет полезного. Возможно, он ничего не знает про отравление и боится из-за того, что тогда недоглядел.

Она не была в больнице, когда Антон умирал, и не знает фамилии тамошнего врача.

Единственное, что у нее есть, это фамилия лаборантки на бланке – Стриженкова Л. В. Значит, нужно ехать в больницу. Причем прямо сейчас, а то неизвестно, сможет ли она завтра выбраться из дома. И так уже столкнулись вчера с братом, и он посмотрел удивленно и недовольно – где это тебя носит? Вернулась третьего дня, а до сих пор не виделись!

А если еще он пронюхает, что ездит она одна, без водителя, то мигом доложит об этом отцу, а тот будет недоволен. Еще и запретит ей водить машину.

Людмила вздохнула, представив себе гневное лицо отца, его тяжелый взгляд. Нет, надо ехать сейчас же!

На территорию больницы пропускали только медицинский транспорт. Людмила оставила свою машину за воротами, прошла через открытую калитку и огляделась.

Перед ней находилось шестиэтажное здание из светлого кирпича. Возле крыльца курила девица в розовой куртке, накинутой поверх короткого белого халата. Людмила подошла к ней и спросила, как найти клиническую лабораторию.