За всё надо платить

Идет?

Она снова склонилась над ним и поцеловала, на этот раз долго и умело, так что у Оборина дух захватило. Когда она ушла, он долго смотрел на обшитую деревом дверь, что-то прикидывая в уме, потом решительно нажал кнопку вызова врача. Доктор Бороданков появился минуты через три.

— Слушаю вас, Юрий Анатольевич, — встревоженно сказал он. — Что-то случилось?

— Ничего, Александр Иннокентьевич, все в полном порядке. Хотел поблагодарить вас за великолепный уход и режим и предупредить, что завтра я хочу вас покинуть.

— Вот как? — удивился врач. — А почему? У вас же, насколько я помню, оплачено двухнедельное пребывание. Прошло только десять дней.

— Я закончил свою работу, так что теперь могу с чистой совестью возвращаться домой.

— Но мы не сможем вернуть вам деньги за четыре дня, — смутился Бороданков. — Наши финансисты на это не пойдут…

— И не нужно, — махнул рукой Оборин. — Не будем мелочными. Все в порядке, Александр Иннокентьевич. Мне осталось чуть-чуть подправить текст, как говорится, концы зачистить, так что сегодня я еще с большим удовольствием поработаю здесь, а завтра после завтрака хотел бы уйти домой. Это возможно?

— Ну разумеется. Вы можете уйти в любой момент, хоть ночью. Вы же знаете мой принцип: самый лучший режим — тот, который человек установил себе сам. Организм сам знает, когда и что ему делать, когда есть, когда спать, когда работать, когда гулять. Ни в коем случае нельзя его насиловать, навязывая ему кем-то придуманный режим. Что ж, Юрий Анатольевич, я искренне рад, что пребывание у нас дало тот самый результат, на который вы и рассчитывали. Глава написана, работа завершена, примите мои поздравления. Когда надумаете нас покинуть, вызовите дежурную медсестру, она проводит вас до выхода.

— Да я и сам не заблужусь, — засмеялся Оборин. — Я же помню, как вы меня сюда привели.

— Тогда вы должны помнить, что у нас все двери на замках, — весело заметил Бороданков. — Чтобы любопытные журналисты не совали сюда свои длинные носы.

Выйдя из палаты Оборина, Александр Иннокентьевич поспешил к себе в кабинет. По пути он заглянул в комнату медсестер. Ольга сидела, склонившись над журналом, и старательно что-то записывала.

— Олюшка, зайди-ка ко мне, — позвал он.

Когда они вошли в его кабинет, Бороданков быстро запер дверь на задвижку, схватил жену на руки и закружил по комнате.

— Мы на правильном пути! Оленька, мы на правильном пути! Оборин собрался уходить. Он успел закончить работу до того, как начались необратимые изменения. Он первый, кто закончил работу и завтра уйдет отсюда.

Ольга вырвалась из объятий мужа и одернула белоснежный короткий халатик, высоко открывающий красивые ноги.

— Почему завтра? — спросила она, нахмурившись.

— А почему нет? — в свою очередь спросил Бороданков.