Все ради тебя (СИ)

Все было точь-в-точь… все было так же.

Коля остервенело рвет подол ее платья, трусики. Она барахтается. Кровь идет из носа, а может, нет? Она не может понять. Пытается бороться, но как? Он сильнее. Папа сильнее…

— Да! Называй меня папочкой! Это я, не он! Я! Вот зачем ты захотела в Россию, да?! К НЕМУ?! К НЕМУ, СУКА?!

Изи орет, но крик — это просто бульканье. Она ничего не может сделать. Это выше ее сил.

Только скрести ковер ногтями. Только надеяться на чудо.

— Я ЖЕ ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, СУКА! ЛЮБЛЮ! Я! А НЕ ОН!

Толчки похожи на раскат грома над маковым полем. Также кроваво и паршиво…или нет? Она чувствует, как внутри зарождается то, что неправильно.

Это неправильно…так не должно быть…

— Я БЫЛ С ТОБОЙ! Я ТВОЙ! ЗАЧЕМ ОН ТЕБЕ НУЖЕН?! Сука-сука-сука!

Шею обвивает толстый ремень. Он затягивается, душит, а воспоминания окончательно соединяются с реальностью. И она уже не знает, где правда, а где выдумка. Она улетает и слышит только…

— ВОТ ТАК, СУКА! ТОЛЬКО Я ЗНАЮ, КАК ЗАСТАВИТЬ ТЕБЯ КОНЧИТЬ! Только я! Только я…

Это судьба, наверно? В последний раз Изи усмехается и падает во тьму, где так приятно быть…неправильно, но приятно.

Хорошо. Она в этой тьме с четырнадцати лет. Во тьме с настойчивым запахом лимонов…

«Я не могу по-другому»

Я не мог просто так ее отпустить.

Это просто невозможно! Слишком уж хорошо знаю, на что Изи на самом деле способна. Особенно когда она в гневе.

Я не собираюсь рисковать своей женщиной, нашим ребенком, мамой! Никем! Сегодня это закончится. Так или иначе.

Поэтому я оставляю их. Прошу Лизу побыть с мамой, а она не хочет меня отпускать…я же вижу. Ей страшно. Тебе страшно? Рассвет, все будет хорошо.

Я целую ее в губы и шепчу:

— Все будет хорошо, но так надо.

Побудь здесь…

Лиза соглашается. Я вижу, знаю, чувствую, как ей сложно — но она меня отпускает.

Обещаю вернуться, как можно скорее! И я непременно вернусь, но только после того, как поймаю эту тварь.

Быстро обхожу водителей в потоке. Догадываюсь, что она поперлась в аэропорт. После того как все вскрылось? Это единственное место. Она улетит. Я это знаю.

По дороге звоню и говорю, чтобы мне дали информацию. Ваха обещает все решить — окей, я ему верю.

Сбрасываю звонок и с силой сжимаю руль. Дышу. Что буду делать — без понятия, честно.

Это вопрос, который я буду решать по мере продвижения ситуации. Посмотрим. Но то, что я ее не отпущу — это факт.

В аэропорту много народа. Я бегу к кассам, сам ищу ее глазами. Черт! Нет! Вроде женщина идет впереди похожа, но я не добегаю до нее, потому что знаю, что это не Изи. Нет лимонов — лимоны всегда значат Изи. Без них ее просто не существует.

Осматриваюсь. Ничего! Куда ты делась, сука?! Она бы не успела сесть на самолет! Это невозможно!

— ДА?! — рявкаю, Ваха не обращает внимания.