Врачебная ошибка

Важно то, что если это месть за смерть Нины Митиной, то и тебе следует держать ухо востро!

– Месть?! Вы думаете, что кто-то, считая нас с Кирой виновными в гибели девочки, хочет…

– Утверждать не берусь – следствие только началось.

– Но ведь говорили, что Кира газом отравилась? – недоумевала Жанна.

– В ее крови нашли большое количество хлороформа… И налоксона. Кстати, ты, когда подписывала расходники, ничего такого за Кирой не замечала?

– Какого – такого? Да я вообще не вчитывалась, ведь Кира страшно не любила, когда ее проверяли!

Это знала и я. Но все же сочла нужным уточнить:

– Значит, ты не замечала, что Кира списывает очень мало остатков наркотиков?

– Вы думаете, она могла подворовывать? – Казалось, такое предположение Жанну здорово ошарашило.

– Такое ведь случается, верно? – пожала я плечами. – На эти документы обычно смотрят сквозь пальцы до тех пор, пока не происходит что-то неординарное.

– Да, вы правы… Но какое отношение это имеет к смерти… к убийству Киры? – все еще не понимала Жанна.

– Пока не знаю. Но еще раз прошу тебя проявлять осторожность: постарайся никуда не ходить одна, особенно в темное время суток.

– Агния Кирилловна, я же за городом живу! – развела руками девушка. – В электричке каждый день езжу, иногда поздно, так что…

– Спасение утопающих – дело рук самих утопающих, – вздохнула я, понимая, что отныне жизнь Жанны может превратиться в один сплошной кошмар.

Мы немного помолчали, и в этой тишине я услышала знакомый громкий голос.

– Кто-то кричит? – спросила Жанна, прислушавшись.

– Похоже на то, – ответила я и открыла дверь в коридор. Теперь не оставалось сомнений: голос Шилова я узнала бы даже в толпе пассажиров на вокзале в час пик.

– Где она? – вопрошал он на повышенных тонах, и я поняла, что речь обо мне, а вопрос, скорее всего, обращен к народу в ординаторской. – Сейчас рабочее время, черт подери!

– Ч-что это? – испуганно поглядела на меня Жанна.

– Бывший муж, – вздохнула я. – Ты иди, а мне придется повоевать.

С этими словами я направилась в сторону ординаторской. Шилов уже несся мне навстречу на всех парах. Увидев меня, он затормозил и заорал:

– Как ты могла?! Натравить на меня эту, эту… Как такое вообще пришло тебе в голову?!

Я была напугана, но старалась не подать виду: Абель предупреждала меня о том, что подобное может произойти, поэтому я давно настраивала себя на сохранение спокойствия при любых обстоятельствах.

– Если ты снизишь тон и соблаговолишь объяснить… – начала я, но Олег тут же перебил меня:

– Объяснить?! Что я должен объяснять – что твой адвокат выставила меня перед опекой сущим злодеем?

– Перед опекой? – Я понятия не имела, что Абель предприняла какие-то шаги за моей спиной.