Ты предназначена мне

— Мне не нужны дети от какого-то там… — зашипела зло, впиваясь пальцами в его бедро с такой силой, что самой стало больно. – Мне не нужны дети ни от кого, кроме тебя. И жизнь я хочу устраивать только с тобой. Забуду… — опять нервная усмешка. – А ты… ты тоже забудешь?! Так?

— И я забуду, Ева, — крепко сжал мою руку и, задержав всего на мгновение, отшвырнул. Открыл дверь и вышел на улицу, а ещё через несколько секунд я ощутила, как моего мокрого от слёз лица коснулся ветерок.

— Наигрались, — он силой вытащил меня из машины. – Хватит.

— Так всё просто, да?! – я схватила Руса за руку.

Меня колотило. Руслан пошёл было к машине, но я, схватившись за его руку, заставила его остановиться. Дёрнула на себя со всей силы, скомкала в пальцах ткань.

— И всё?! Значит, наигрался?! – крик вырвался вместе со всхлипом.

Руслан смотрел на меня твёрдо, беспристрастно, не давая мне усомниться – именно так. Я сжала зубы, снова рванула его.

— Ты не посмеешь вот так… — замотала головой, пытаясь ухватиться хоть за что-то. За воздух, за мысли, за грани разумного.

Чтобы высвободиться, Рус даже не приложил особых усилий. Сдавил моё запястье, и пальцы, холодные, ослабшие, разжались сами собой. Молча он вытащил мой чемодан и, выдвинув ручку, подвёз его ко мне. Поставил рядом. Я вдруг поняла, что ещё показалось мне странным с самого начала. Вещи. Только мои вещи. Когда он всё решил? В тот момент, когда нашёл своих людей мёртвыми? Когда поднимался на рыболовецкое судно? Когда приходил ко мне в больницу?! Когда?!

— Сделаешь вид, что ничего не было? – я едва сдержала порыв опять вцепиться в него. Последние крупицы гордости дотлевали углями – такими же чёрными, как его зрачки.

Руслан ничего не говорил. Молча, методично он рушил мои мечты, превращал в пепел чувства, которых было столько, что я не могла выразить словами.

Похожий на палача, он рывком отворил заднюю дверцу Хаммера. Сквозь гул моих же собственных мыслей до меня донеслось громкое угрожающее ворчание, шипение.

— Сука! – процедил Руслан.

Стоило ему попытаться ухватить Жордонеллу, она снова зашипела. Я видела, как выгнулась её спина, как она прижала уши. Стоило Руслану коснуться её, она заворчала ещё громче, а в следующую секунду оставила на его руке царапину.

— Вот же тварь! – кое-как Рус ухватил её за загривок и, подобно тому, как до этого выволок из машины меня, справился с кошкой.

Не знаю, откуда в ней было столько сил. Извернувшись, она снова впилась в него когтями, оставляя на коже глубокие царапины, и от этого её отчаяния моё собственное накатило ещё сильнее.

— Она же любит тебя! – закричала я истошно, давясь слезами. – Руслан… Она… Как ты можешь так?! Как ты можешь вот так вот… Она тебе верила! И я… Я тебе тоже верила! – меня всё сильнее захлёстывала истерика.