Ты предназначена мне

И несколько камней, причудливо лежащих неподалёку от обочины.

— Ты не сделаешь этого, — голос мой прозвучал звучал совсем надтреснуто. – Руслан… — снова выглянула в окно. В один из дней мы были здесь… были с сестрой.

Взяли свежий хлеб, овощи, чай и… Тогда была осень. Поздняя тёплая осень, пропитанная запахами листвы и земли. Всё было мне незнакомо, всё было ново.

— Ты не сделаешь этого, — громче, отчётливо понимая по отразившейся во всём облике Руса мрачной решимости, что сделает. – Руслан! – схватилась за его локоть. – Ты не посмеешь! Ты…

— Ты едешь домой, малышка Маугли. Хватит.

Ещё один взгляд в окно и тут же на него. Дёрнула за руку, замотала головой.

— Останови машину! – зашипела, уже не контролируя гнев, намертво перемешавшийся с безумным страхом. – Руслан! Ты слышишь, что я тебе говорю! Останови машину!

Он не хотел слышать. Вместо того, чтобы сбросить скорость, вжал педаль сильнее. Зелень за окном слилась в сплошную полоску, с заднего сиденья раздалось мяуканье.

Я чувствовала, как бьётся сердце и вместе с этим оно как будто не билось. Кровь застыла. Поворот, дорожный знак… Мы проскочили ведущую в бок дорогу. Что делать, я не понимала. Рус превратился в камень. Нет, сталь. Я разжала пальцы, отдёрнула руку, снова замотала головой.

— Давай поговорим, — выдавила, понимая, что на глаза наворачиваются слёзы. – Руслан! Давай поговорим, чтоб тебя! – истерично, почти истошно и в то же время жалко. Сама понимала, что жалко, но мне было наплевать.

Хаммер резко свернул, я стукнулась плечом о дверь. Теперь я хорошо понимала, где мы. Слишком хорошо. Сколько ещё? Пять минут? Две?

— Это Стэлла? – отстегнулась, коснулась его бедра. Сталь. – Руслан, это моя сестра?! Снова она?! Она тебе сказала?!

— Твоя сестра тут ни при чём, — сквозь зубы, почти зло. Вобрав в лёгкие воздух, он шумно выдохнул.

Машина наконец поехала медленнее, и вместе с этим я почувствовала себя немного лучше. Лучше до тех пор, пока снова не услышала жалобное мяуканье.

— У тебя всё будет, Ева, — на меня Рус не смотрел – на дорогу. На кистях его рук, на запястьях, надулись вены. – Найдёшь себе хорошего парня. И дети у тебя ещё будут.

— Дети, — неверяще переспросила я, усмехаясь сквозь застилающие глаза слёзы. Моргнула, и несколько потекло по лицу к губам. Я с гневом стёрла их. – Какие дети, Руслан?! Какой парень?! Ты себя слышишь?!  Я… — сдавила виски, мотая головой, пытаясь избавиться от этого бреда.

Нет, нет, нет!!! Это сон. Кошмарный, дурацкий сон. Сейчас я проснусь… Сном это не было. Вдали уже показалась кованная ограда, шум листвы стал настолько навязчивым, что захотелось выключить его. Взять пульт и выключить все звуки, запахи.

— Ты всё забудешь, Ева, — Руслан затормозил в нескольких метрах от ворот.  – Обязательно родишь ребёнка, устроишь свою жизнь.