Скажи мне «да». Возвращение

Кажется, всё… Шансов усмирить магию никаких, Сол и Нель далеко… Триинэ совершенно упустила из виду, что до её рта Лёд ещё не добрался, только щёки успел закрыть. Саламандра прижалась ко рту Снежинки, настойчиво раздвинув немеющие губы, потихоньку вливая чужое тепло и медленно, но верно забирая излишки магии холода. Сила уходила неохотно, всё же слишком много выплеснулось, и слишком сильно переволновалась Трин, но постепенно тепло возвращалось, а вместе с ним и чувствительность, и эмоции. Нахлынул страх, за ним — отвращение, девушка судорожно вздохнула и забилась под Саламандрой, пытаясь её оттолкнуть. Рэй отстранилась, поймала её руки и прижала к покрывалу, потом пристально и серьёзно посмотрела в глаза.

— Не смей больше так делать, Трин, — тихо произнесла подруга наёмника ровным голосом, в золотистых глазах мелькнули сполохи. — Причинишь вред Дерку, сильно пожалеешь.

Снежинка прикусила губу, в горле застрял горький ком.

— П-пусти, — сипло отозвалась она.

Рэй одарила долгим взглядом, потом всё-таки поднялась и рывком подняла Трин. Указательный палец Саламандры коснулся подбородка девушки.

— Я хотела подружиться, беленькая, — тем же голосом произнесла Рэйя. — Ты оказалась упрямее, чем я думала. Зря, Трин.

Льдинка сузила глаза, мотнув головой, и высвободилась.

— Я не игрушка, — глухо отозвалась она. — Даже если ты считаешь по-другому. И я не просила такой участи для себя. Хватит тебе холода? — Трин криво улыбнулась, покосившись на Рэйю.

Та склонила голову, окинув хранительницу Льда внимательным взглядом.

— Раз так боишься моих прикосновений, — Саламандра довольно ухмыльнулась, — и не хочешь по-хорошему, милая, будет тебе по-плохому.

Трин стиснула зубы и отвернулась. Судя по предвкушению во взгляде Рэйи, мёрзнуть придётся часто, и каждый раз на грани. По-другому защититься от приставаний огненной женщины не получится.

Снежинка невольно напряглась, ожидая, что Саламандра просто так её не оставит в покое, ведь на вопрос, хватит ли ей холода, Рэй так и не ответила… Как ни странно, спас ситуацию Дерк.

— Иди ко мне, Искорка, оставь её пока, — и голос наёмника звучал так нежно, проникновенно, что у Трин подкатил горький ком к горлу.

Остро резанула по сердцу тоска по Нелю и Солу, глаза защипало, но Льдинка сильно прикусила губу, не дав слезинкам сорваться с ресниц. Нет, она больше не будет плакать, не при этой парочке. И Огненный с Проводником найдут свою Снежинку, Трин твёрдо в это верила. Ей надо только продержаться, не дать себя сломать. Утомлённое сознание требовало отдыха, как и тело, и даже то, что происходило на расстоянии вытянутой руки от неё, Трин больше не волновало.