Шут и слово короля

 — А тебе, как я поняла, все-таки нравится мой брат, да? И все равно хочешь замуж за лорда? Да сиди ровно, не вертись…

— Но это же мой долг.

— Как же у вас, лордских дочек, все трудно. Я вот хотела Якоба и получила Якоба, а то, что он оказался лордом — дело десятое. И потом, мечтать о том, что является долгом? Не понимаю. Вот, готово. Нравится? Повернись, посмотри вот тут…

— Спасибо, — сказала Аллиель, у которой опять испортилось настроение, хотя волосы ей Милда уложила удивительно удачно.

Перед тем, как покинуть королевский замок, Милде удалось встретиться с Эдином. Она вкратце объяснила ему, что произошло, и как облажался граф Бьяри.

— Вот скотина, — выругался Эдин.

— А с ней поговори, — посоветовала сестра, — ты ей нравишься, просто она запрещает себе тебя любить. Зато она теперь кое-что поняла. О, Всевышний, как же я хочу, чтобы ты просто сбежал в Гринзаль, пока не поздно! Но ведь не сбежишь?

Милда продолжала не верить, что все, задуманное графом Верденом — хорошо. По крайней мере, для ее брата.

Этим вечером у Эдина никак не получилось увидеться с Аллиель, но уже на следующий день они чуть не столкнулись на лестнице.

Как назло, он был в гриме. Встречаться с Аллиель с глазу на глаз в гриме он очень не любил, в гриме был как будто не он, а просто шут, хоть и коронованный. И, тем не менее, пользуясь отсутствием посторонних глаз, Эдин поймал ее за руку, гадая — оттолкнет или нет?

Не оттолкнула. Улыбнулась. Это воодушевляло.

— Ты так и не решила насчет нас с котом? — он сильнее сжал ее руку.

— Решила. Согласна на вас обоих.

— И не будешь вспоминать о лордах и их замках? — он подошел ближе… совсем близко.

— Нет, ведь ты будешь моим лордом, верно?

— Ну да.

Я буду лучше любого из них, вот увидишь. А ты будешь моей леди.

— Но обещай, что ты… никогда не потребуешь от меня того, что я не захочу. Обещаешь?

Эдин порадовался, что подоплека просьбы ему известна.

— Обещаю. Не потребую того, чего ты не захочешь, но сделаю все, чтобы ты захотела того, что потребую… попрошу. Так хорошо?

— Да. И попроси моей руки у королевы. Пожалуйста, так надо!

— А почему именно у королевы? — Эдин удивился.

— Потому что король не желает знать ничего, связанного со мной и с моим отцом. А королева добрая. Ты сделаешь это? Сегодня после полдника она будет у себя в кабинете.

Ты придешь?

Сердце Эдина сумасшедше забилось.

— Да, обязательно, — согласился он.

Ровно в назначенный час Эдин явился к королеве. Грим смыл, но костюм шута не снял — пусть это лишний раз напомнит ее величеству, что Аллиель Кан все же должна выйти за настоящего шута, а не за подставного. Не то чтобы Эдин считал себя настоящим шутом, но он хотя бы худо-бедно выполнял его обязанности, в отличие от барона. И, конечно, королева не может этого не понимать.