7
0Никто из них и мечтать не мог, чтобы с ним заговорила Стефа.
— А чем тебе не угодила часть с превращением? — спросил Хаджар.
Нетрудно догадаться, какую сказку он взял за основу своего “маркетинга”. Его нынешней задачей было не только как можно выгоднее продать, но и как можно заметнее. Только так он мог добиться желаемого и, учитывая то, что он сегодня успел заметить, у него получилось.
Правильно говорят — умный герой в гору не пойдет, он ее обойдет.
— Все как-то… печально. — Стефа взяла его под руку, но так, чтобы не касаться кожи.
Хаджар выглядел не лучшим образом — простые, короткие штаны, чтобы было видно деревянные культи. Рубаха с рукавами соотносительной длины с теми же целями. И черные покрова, намотанные на него всевозможными образами. Их он носил, когда выходил из клетки. Хотя чего уж — заставляли, чтобы не отбивать аппетит у окружающих.
— Люди, пусть и не признаются, любят печальные концовки, — пожал плечами Хаджар. — Им после этого самим легче живется — жизнь не такой тягостной кажется. Особенно если за печалью кроется надежда.
Стефа посмотрела на него несколько иначе, чем обычно.
— Ты очень складно говоришь, Хаджар.
Она посадили его вдалеке от центрального костра. Там играли на музыкальных инструментах, пили, ели и веселились участники труппы. Они немного ревновали к уродцам, потому что те, несмотря на свою малочисленность, приносили больше денег. Но в города просто толпу “монстров” никто бы не пустил, так что владелец держал еще и классических представителей искусства.
Хаджару выдали деревянную миску с похлебкой, в которой плавал кусок мяса. С прожилками, жирноватый, но все же лучше, чем у большинства.
В этот раз бывший принц ел медленно и с наслаждением. Если он все правильно спланировал и рассчитал, то это должен был стать его последний ужин в окружении бродяг.
— Статус, — Хаджар отдал нейросети распоряжение.
Хаджар лишь покачал головой и продолжил есть. Несмотря ни на что, он продолжал свои “тренировки”. Его слабое, едва ли не распадающееся на куски тело было способно не на многое. Но спустя пять лет “тренировок” — чуть больше, чем раньше.
Для игры на инструменте он делал по три отжимания каждый день. Мелочь даже для простого ребенка, но для Хаджара — титанический подвиг. И держался он зачастую лишь благодаря таким вот сообщениям от сети:
И ради этих вот стотысячных он мог изводить себя целыми неделями. Потому что это было лучше, чем просто ждать и надеяться, что план сработает.
Во всяком случае — было лучше.
— Да ладно тебе заливать! — пьяно хохотнул метатель ножей.
Худощавый парень, он мог за раз кинуть два десятка клинков и ни разу не промазать мимо цели. Хаджар был бы рад просканировать его уровень развития, но не мог.
