5
0Или хотя бы намекнуть как-то, я ж не знал, – прячу за очередным проявлением юмора истинные ощущения, полные противоречий.
– Да я практически силой заставила учительницу оставить нас вместе сидеть за одной партой, и всех девчонок потом от тебя гоняла! Куда уж больше? – возмущается Лида встречно.
– Мне было семь, я был не настолько умный! – отзываюсь в том же тоне.
– А сейчас типа поумнел? – ехидничает она.
Тут я вздыхаю. Вспоминаю всё то, о чём размышлял за последний час. И что собирался сделать. Но так и не сделал. Потому и признаю вынужденно:
Лида вновь воспринимает это всё шуткой.
– Хорошо в таком случае, что я у тебя есть, – заявляет со смешком.
– Замечательно просто, – соглашаюсь, в очередной раз приподнимая и целуя женскую ладошку.
У Лиды на губах снова ширится довольная и ласковая улыбка от моих действий.
– Ты всё-таки и впрямь идеальный, Андрей Громов, – делает мне очередной комплимент.
На этот раз я ничего не говорю. Тоже улыбаюсь. И прибавляю скорость, несмотря на то что мы въезжаем в городскую черту. Очень уж не терпится поскорее, наконец, оказаться вместе с ней дома.
А ужин, кстати, готовить вовсе не обязательно. Ужин из её красивых рук – не потребность, скорее повод. У нас и без того полный холодильник. Сестра пару дней назад, когда заходила, всего и больше наготовила на запас. А если б и нет, мне и самому несложно. К тому же, существует круглосуточная доставка из ресторанов.
Главное, чтоб моя красавица была со мной рядом…
Утро красит нежным светом… не меня.
Это первое, что приходит на ум, когда я открываю глаза. Нет, голова не болит, ничего такого, но состояние всё равно какое-то мутное. И тяжело дышать. Не сразу я понимаю, что дело не в похмелье, а в том, что кое-чья наглая конечность очень удобно устроилась на моей груди. Удобно для неё, не меня. Как и не сразу до меня доходит, что это лапа Грома. Именно он лежит за моей спиной, сжимая в ладони один из холмиков, пока я перевариваю этот факт. Или точнее то, что я голая. Почему я голая?!
В этот момент мужская ладонь сжимается, и я чуть не падаю с кровати на пол, когда резко шарахаюсь прочь от прикосновения. Не падаю лишь потому, что сильная хватка удерживает и возвращает на место. Так я и застываю, глядя в растерянности и ужасе перед собой. Впереди стена с дверью в гардеробную, но я это отмечаю лишь краем сознания. Все мысли и чувства сосредоточены сейчас на том факте, что Гром трогает меня за грудь. А в ягодицу утыкается его утренний стояк.
Мать моя женщина, роди меня обратно во вчерашний день!
Что вообще происходит?!
Или лучше спросить, что происходило этой ночью, раз мы с Громом в одной постели, а я так и вовсе без одежды?!
Хватка на груди тем временем становится только крепче. Сам Гром тоже придвигается ближе, плеча касаются его губы.
