5
0И я снова взвиваюсь в попытке отодвинуться от него. На этот раз получается куда лучше. Вот только теперь мы лежим лицом друг к другу. Ресницы Грома, несколько раз дрогнув, распахиваются, а затем я медленно краснею под его сонным взглядом, в котором рождается осознание ситуации. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но я его опережаю.
– Я в душ! – выдаю громко и спешно вскакиваю с постели, утягивая за собой одеяло в качестве прикрытия.
И тут же мысленно бьюсь лбом о стену, потому что себя-то прикрыть я прикрыла, зато открыла Грома.
Мать моя стыд, сделай меня слепой!
Как мне теперь это развидеть?
В отличие от меня, Гром в трусах, но едва ли это спасает. Он возбуждён и поверх резинки отчётливо виднеется верхняя часть набухшей плоти. Честное слово, я не специально! Взгляд сам по себе цепляется за этот аспект и намертво вбивает увиденное в память.
В ванную не то что ухожу, сбегаю, сверкая пятками.
Пытаюсь заставить себя не думать, но выходит плохо. Все мысли о случившемся конфузе. И всё не отпускает один вопрос.
Почему я спала голая?!
Память неохотно подкидывает моменты вчерашнего дня за городом. Как приехал Гром и забрал меня оттуда домой. Как я пела ему дифирамбы всю дорогу. Как…
Твою мать! Я правда поделилась с ним тем, что Тимур решил нас свести с ним? И своей детской идиотской влюблённостью?
Вот это ты, Лида, засадила землю цветочками…
Так, ладно, ерунда. Ну, подумаешь, с кем не бывает? Это было давно и неправда, и вообще я была слишком пьяна, чтобы это запомнить. А раз не запомнила, значит этого и не было. Осталось только как-то забыть ещё сегодняшнее утро. Но сперва вспомнить, почему я спала обнажённая. Нормально же всё было. Мы приехали, перекусили, я пошла в душ… Я пошла в душ… Я пошла…
Всё. Приплыли. Дальше не помню. Похоже, под горячими струями меня окончательно разморило.
Надеюсь, я не сделала ничего такого? В конце концов, Гром ведь в трусах спал, а, если б между нами что-то было, вряд ли бы он их после стал надевать.
Да, точно. Я просто была слишком уставшая, вот и не оделась после душа. Но пить больше всё равно не буду. А то таким макаром в следующий раз точно лёгким испугом не отделаюсь. И так не уверена, что всё было настолько невинно. И у Грома ведь не спросить.
Лучше бы у меня месячные начались, и я проснулась вся в крови, и то не так стыдно было бы, как из-за идиотской амнезии на фоне нескольких выпитых кружек вина. Алкоголь – зло! Решено, больше точно не пью! Хотя конкретно сейчас принять что-нибудь для храбрости не отказалась бы. А то ж мне скоро опять пред очами Грома предстать придётся…
Ладно, полотенце всех спасёт!
Потому что я только по выходу из душа замечаю, что в ванной комнате нет больше ни одного полотенца. Даже самого маленького для рук. Только одеяло, в котором я сюда прихожу.
