Пустая могила

Итак, седая женщина в твидовом пиджаке подняла свое ружье, и из него вылетела не пуля, а электрическая дуга, внезапно соединившая его ствол со стеной, причем почти рядом с моей головой. Дуга была похожа на загогулину, нарисованную рукой ребенка-гиганта. На мою куртку, зашипев, посыпались искры, ужалили щеку. Женщина повела стволом, приближая конец сверкающей дуги ко мне. Разумеется, медлить я не стала, перекатилась через стол, стоявший перед гипсовым бюстом, и нырнула за приставленное к столу кресло. Позади меня что-то хлопнуло, взорвалось, и на пол полетели осколки бюста.

Я выглянула из-за кресла. Теперь из своих электрических ружей палили обе женщины. Голубые вспышки метались по всей библиотеке, выхватывая из полутьмы отдельные моменты боя. Новая вспышка осветила секретаря, и я увидела, что он пытается подняться на ноги. Лицо у него походило на рентгеновский снимок – сплошные черные и серебристые пятна. Волосы Теренса дымились, одна седая прядь все еще тлела.

Мелькнула фигура в маске и с рапирой в руке. Похоже, Киппс. Он просвистел мимо меня, чтобы сцепиться с бородатым… как его… опять из головы вылетело… Да, с Джеффри.

А оружие у того было занятным, даже, можно сказать, забавным. Медный раструб соединялся трубкой с мехами маленькой гармошки – концертино. Эти меха были пристегнуты под плечом Джеффри, а вторая трубка соединяла их с висящим за спиной старичка коробом. Джеффри начал локтем накачивать меха, в коробе что-то застучало, а затем – хлоп! – из раструба вылетел маленький стеклянный флакончик и, разминувшись с Киппсом, разбился, ударившись о стену. Выплеснулась бесцветная жидкость, и воздух наполнился знакомым ароматом.

– И это все, на что способен твой баян?! – удивленно воскликнул Киппс. – Плеваться лавандовой водой? Я сейчас расплачусь от жалости!

Я схватила Киппса сзади за воротник его свитера и резко потянула вниз. Киппс присел рядом со мной за креслом. Тем временем попавшая на стену жидкость проела обои, забулькала, запузырилась, и на пол начали падать раскрошившиеся влажные комочки штукатурки.

– Похоже, в лавандовую воду они еще и кислоты подмешали, – сказала я.

Мы с Киппсом ухватились за кресло, затем по команде резко толкнули его вперед, и оно, проскрипев по полу, с силой врезалось в этого… ну да, в Джеффри.

Он вскрикнул – то ли от боли, то ли от неожиданности, – и его раструб выплюнул еще один флакончик с ядовитой жидкостью, который отрикошетил от потолка и разбился где-то неподалеку от нас. Кто-то завопил. Голос был женский, и мне хотелось надеяться, что это не Холли. Затем на первый план снова вышла маленькая женщина со сморщенным лицом-изюминой и выстрелила в нашу с Киппсом сторону.