14
0
Глупая такая… Маленькая совсем… Боится, вот…
— Не трясись, — говорю ей утешительно, — просто срежу путь, чтоб твой слишком активный братишка не догнал. Или хочешь, чтоб догнал?
Она активно мотает головой. Не хочет. Уже хорошо.
Чуть сбавляю скорость, впереди поворот, такой, не сильно хороший. Меня на нем всегда мотает.
— Кто этот Витя? — спрашиваю, не выдержав. Ну да, слабость, мне же должно быть все равно… А вот нихера. Не все равно. Сюрприз какой…
— Знакомый… — неопределенно отвечает она, а затем с вызовом скалится, блестя зубами весело, — а что?
— Ничего… — пожимаю плечами, пытаясь сохранить лицо, — просто интересно, какого хера вставал, если водить не умеет.
— Витя хорошо водит, — возражает она, но я только хмыкаю. Ага, супер-водятел.
— Как тебе гонка?
— Интересно…
— Со мной было бы интересней…"
"Ну не могу удержаться!
Фыркает, отворачивается. Пялюсь на острые коленки, обтянутые кожаными штанами, усмехаюсь, потом чуть выше, на голый животик, виднеющийся в распахнутой куртке. Блять… Так и облизал бы…
Она ловит мой взгляд, запахивается.
— Что, футболку где-то посеяла? — пытаюсь опять держать я лицо.
— Вите подарила, — подхватывает она веселье. И мне пиздец, как невесело становится. А вдруг, и в самом деле отдала?
Сжимаю зубы, переживая грызню внутреннего зверя, требующего немедленно тормознуть и сунуть нос девчонке к шее, обнюхать, выявить, есть ли на ней запах чужого. Этого самого Вити. Может, он успел ее помять по дороге на драг? И футболку порвал… Я бы порвал, определенно… Так почему ему отказываю в наличии яиц? Пусть и мизерных? Радужка прямо тянет на грех, слишком маленькая и беззащитная при всей своей боевитости.
Понятно же, что взять ее силой — дело пары минут…
Голову тут же начинает дурить вполне веселыми картинками, как я торможу тачку, перетаскиваю брыкающуюуся девчонку на себя, сдираю эту куртку, и этот лифчик, и по очереди облизываю острые соски… И пусть пищит, что она сможет сделать? Нихера же…
Так легко. Так просто.
Н-да…
А ты, Сомяра, редкий урод… Надо же, как башню-то сносит…
Она сидит рядом, ведет себя вызывающе, освоилась уже, не боится. И настороженности нет.
А вот зря…
Надо, наоборот, насторожиться и вести себя тише воды, ниже травы. Я же не железный…
Но у Радужки инстинкты самосохранения давно похерены, это с первой нашей встречи яснее ясного было, потому она продолжает заводить меня.
Облизывает пухлые яркие губы, без следа от помады. Это Витя слизал? Или просто не было? На глазах же есть краска, значит, и на губах должна быть… А нету… Блять…
Переставляет ноги, невольно привлекая опять внимание в крепким бедрам, туго обтянутым черной кожей.
