0
0Миссис Бирн открыла дверь чуть шире и гаркнула. — Правда? — Она смотрела на меня так, словно не могла представить, что такая юная особа, как я, знает что-то о кулинарии. — Думала, девушки вроде тебя хотят равных прав. Никакой готовки, уборки или стирки. Это только делает магазины богаче, а людей несчастнее.
Я кивнула, как бы соглашаясь. Такую байку обычно рассказывали старые джентльмены, посещавшие Торговую арку, так что я была знакома с этой историей. — Я люблю готовить.
Как и вчера, она была безупречно одета в длинную юбку и блузку, на ней был макияж, даже губная помада. — Ну, ты здесь. Заходи. Но ты не можешь остаться надолго. Мне пришлось запереть Угги в спальне, чтобы он не слишком себя утруждал. Он еще не принял лекарство от сердца.
Судя по лаю и царапанию, раздававшимся за дверью спальни, он и так был на взводе. Я последовала за миссис Бирн по узкому коридору, в котором висели десятки фотографий ее, ее мужа и их детей — всего пять, если я правильно посчитала. Мы попали в уютную кухню с обеденной зоной. Там стоял диван, задрапированный белым вязаным покрывалом, и маленький очень старый телевизор. Через дверь напротив кухни виднелась великолепная комната с плюшевым диваном с цветами и пестрым ковром. Держу пари, она никогда ею не пользовалась. Это была хорошая гостиная, предназначенная для особых гостей и праздников, которые, вероятно, теперь были редкостью в жизни миссис Бирн. Хотя, наверняка, Лоркан сидел в гостиной, когда приезжал в гости.
Я поставила корзину на деревянный стол и распаковала хлеб и контейнер с рагу. Миссис Бирн не предложила мне сесть на диван, поэтому я неловко стояла рядом со столом, пока она доставала ложку и нож. Она открыла крышку и понюхала, поджала губы, затем погрузила ложку в рагу. Она попробовала немного и ее глаза сузились. Не говоря ни слова, она отрезала кусочек хлеба и откусила. Ее голубые глаза остановились на мне. Я заставила себя улыбнуться, ожидая ее решения. Я знала, что это было вкусно, но миссис Бирн решительно не хотела меня любить, так что я была против чего-то большего, чем ее вкусовые рецепторы.
— Ты умеешь готовить, — сказала она. — Почему ты все еще стоишь, как будто ты на побегушках. Садись. Не будь грубой.
Я моргнула, затем быстро села на диван, чувствуя, как пружина впивается в мою левую щеку. Миссис Бирн положила остатки рагу в кастрюлю и подогревала его, пока резала хлеб на ломтики. — Ты завтракала?
— Тогда мы будем есть. Она указала пальцем на меня. — Хорошее рагу можно есть в любое время.
Я кивнула, не желая спорить.
— Садись за стол, дитя. Ты не можешь есть на диване! Разве тебя не учили хорошим манерам?
Я встала с натянутой улыбкой и проскользнула к столу, где села на неудобный стул.
