Небо на двоих

И все это разнообразие пейзажей – красочных, ярких, сверкающих под лучами солнца, – замыкало гигантское ледяное кольцо, из которого тянулись к небу величайшие вершины Кавказа.

Узкая тропка шла высоко над рекой: то через лес, то по крутым сыпучим склонам. Время от времени требовалось сойти с лошади и вести ее в поводу. Мы переправлялись через бурные потоки боковых ущелий, карабкались вверх, круто спускались вниз, так что седла съезжали на шеи лошадей и приходилось их заново подпруживать. Я хоть и привыкла к горам, но все равно не могла наглядеться на красоту, открывавшуюся с высоты птичьего полета.

Часа через два пути Вадим придержал коня.

– Смотри, Стена Дьявола, – указал он на дно ущелья.

Ущелье, почти теснина, было перегорожено высокой каменной стеной шириной этак метров в пять и высотой около сотни метров. Выходы скал начинались на одной стороне ущелья и продолжались на другой. В середине преграду разрывал ревущий речной поток.

– Стена Дьявола, – повторил Вадим. – Мы приезжали сюда с Гардариным. А ночь мы с тобой проведем в хижине, которую они построили с Давидом еще до войны.

Мы ее бережем в память о Леше.

Он помолчал мгновение, вслушиваясь в дикий рев взбесившейся реки.

Полюбовавшись на добросовестную работу барана, мы продолжили наш путь, поднимаясь все выше и выше на гребень горы. Через час копыта лошадей захрустели по снегу. И вскоре мы подъехали к толстому снежному пласту, сквозь который пробивалась речка, почти ручей, просверливший в снегу тоннель. Слегка пригнув головы, мы въехали в него и очутились в белом коридоре, потолок которого пропускал солнечный свет, смягченный толщей снега. Кое-где снег протаял под солнечными лучами, и в проталинах сияли синие лоскуты неба.

Лошади осторожно переступали с камня на камень. Мы пригибались, стараясь не задевать головой хрупкий белоснежный свод. Выбрались из туннеля уже у самого гребня. Здесь снега не было, и уже вовсю зеленела трава, разбавленная синими мазками гиацинтов вперемешку с желтыми брызгами «куриной слепоты».

Сердце гулко стучало – сказывалась высота. Горячий сухой воздух, поднимавшийся снизу, встречался здесь с холодным дыханием ледников, отчего ветер на перевалах всегда дует сильнее и пронизывает насквозь.

Но это меня не смутило. Я дернула поводья, принуждая Конфету ускорить шаг, и, обогнав Вадима, стала подниматься на гребень.

– Осторожнее! – крикнул вслед Добров.

Но я уже взобралась на скалу. Внизу под крутым обрывом лежало озеро. Я глянула на него в изумлении. Мне показалось невероятным, что за мгновенье до этого не видела и не чувствовала, что рядом существует подобное чудо.

Озеро находилось прямо подо мною, окруженное нежной и курчавой, как спина ягненка, травой.