0
0– Ты что? Мне такую сумму сроду не вернуть!
– И не нужно возвращать, – сказала я. – Но, может, когда-нибудь, когда я не смогу поднести кусок ко рту, ты накормишь меня из ложечки.
Шалико с облегчением рассмеялся, а я продолжала, спросив:
– Ты говорил, что тебя прикончат в Зухбе. Обошлось?
– Не совсем… – Парень усмехнулся и непроизвольно коснулся ссадины на подбородке. – Но я их убедил.
– С аптекой были проблемы?
– Нет, они сразу все поняли. Правда, на всякий случай я сказал, что наш доктор хорошо стреляет из автомата. Аслан, хозяин аптеки, выгреб весь склад.
Там, где находился дом старого Гочи, раздались вдруг громкие вопли. Слава богу, не испуганные, а восторженные.
Забыв обо мне, Шалико скачками понесся на крики. И я, наплевав на опасность переломать ноги, рванула за ним.
Добравшись до развалин дома, я увидела человек десять мужчин и двух женщин в черном, которые окружили кольцом более-менее расчищенную площадку.
– Сейчас, сейчас… – говорил рослый в камуфляже. – Потерпи, девочка!
Мне показалось, что я слышу голос Вадима. Но тут явственно донесся стон – мучительный, но тихий, шедший из-под земли. На ходу засучивая рукава, я протиснулась между мужчин и опустилась на колени.
– Давай, давай пилу! – закричали над головой.
Меня бесцеремонно оттеснили. И уже со стороны я наблюдала, как пила по металлу вгрызалась в прутья арматуры.
– Шалико! – крикнула я. – Мне нужны лекарства и хирургические инструменты! Срочно!
После я пыталась представить этот день в хронологическом порядке и не смогла. Просто-напросто он превратился в кромешный ад…
Я уже знала, под завалами оказались около ста восьмидесяти жителей селения, в том числе почти сорок детей.
