Небо на двоих

Правда, главу я все-таки дописала…

– Эй, что вы здесь делаете?

Мне показалось, я только-только закрыла глаза, но чей-то хриплый голос бесцеремонно заставил открыть их снова.

Я с трудом оторвала голову от подушки. В окно сочился жиденький рассвет. Даже сквозь стекла было слышно, как лупит по листьям дождь.

«Ну и погодка! – подумала я тоскливо. – Юг называется!»

Откинув одеяло, села и бросила взгляд в сторону ширмы бросила взгляд в сторону ширмы. Кто-то отодвинул ее в сторону, и я разглядела, что Николай тоже сидит на кровати и крайне неприязненно смотрит на меня.

– В чем дело? Как я здесь очутился? – спросил мужчина недовольно. – И почему в одной с вами комнате?

– А повязка на ноге вам ничего не объясняет? – спросила я и зевнула. – Можно подумать, вы – красна девица. И что мы в одной постели проснулись.

– Вы – невеста Вадима, – насупился Николай. – Он может приревновать…

– Приревновать? К вам? – Я чуть не расхохоталась. Но вовремя сдержалась. – Не беспокойтесь, я тут вроде сиделки. Вчера пришлось заниматься вашей раной. По правде сказать, вы довели ее до отвратительного состояния.

– Ну, как получилось.

 – Мужчина смущенно пожал плечами, а на бледном, заросшем седой щетиной лице проявилось слабое подобие улыбки. – Это вы меня перевязали?

– Берите выше. Пришлось извлекать осколок. Поэтому дня три вам придется соблюдать постельный режим.

– Что значит – постельный? – опешил Николай. – Валяться в койке? Но я не могу. Столько работы! Все снаряжение нужно проверить, починить…

– Николай, спорить бесполезно! – заявила я строго. – Вчера Вадим видел, в каком вы пребывали состоянии, и очень рассердился, что не поехали с Давидом и Мадиной в Сухум.

Вечером пришлось вскрывать гнойник в домашних условиях. А это опасно…

Я, конечно, сгущала краски, но с такими упертыми пациентами только так и следовало поступать, а то мороки не оберешься.

– Осколок… так-таки осколок… – пробормотал Николай и откинулся на подушку. – Черт! Все ж насмарку!

– Ничего страшного за три дня не случится. – Я постаралась, чтобы голос звучал мягко. – Как вы себя чувствуете?

– Нормально, – пожал неугомонный больной плечами, – так бы вскочил и побежал.

– Ну, скакать вам еще рано!

Я подошла к нему, осмотрела повязку.

Абсолютно чистая, без ржавых пятен выделений. Добрый знак.

– Часов в десять посмотрим вашу рану, промоем, перевяжем. Я попытаюсь поднять вас на ноги побыстрее.

– И поселитесь здесь? – Николай криво усмехнулся. – Вадиму это не понравится.

– Вот заладили: «Вадим, Вадим…» Он в курсе и лично притащил для меня кушетку. И вообще…

В дверь тихо постучали. Я замолчала, не закончив фразу.

– Кто там? Входи! – подал голос Николай.

Скрипнула дверная створка. В образовавшуюся щель просунулась голова Эдика.