Наследники предтеч 4

Или вам вообще разрешили ей пользоваться, только вслух не сказали? Если вы способны быстро перемещаться из одного места в другое, то кто мешает вам самим уничтожить врагов: вести подрывную деятельность, убивать по одному — их ведь там немного? Или боитесь, что могут дать заслуженной сдачи? Конечно, если люди пойдут через горы… кстати, а вы просто укажете местонахождение поднебесных или проведёте нас безопасной дорогой? Не получится ли так, что мы или люди бессмысленно погибнем по пути?

— Мы покажем дорогу, — неуверенно буркнула женщина.

— Безопасную, такую, по которой шанс дойти, а не погибнуть, достаточно велик?

— Дорогу покажем, и хватит! — вспыхнула она.

 — Может, ещё и вещи за вас донести, накормить и ноги помыть?!

— Всё с вами понятно, — потянула я. — То есть вы считаете, что ослабленные изматывающим переходом, или вообще умирающие люди смогут вести войну. Просто великолепно! Вам хочется переложить ответственность на других, загрести жар чужими руками. Вы не помогли никому из людей — а ведь имели для этого возможность. Не предупредили, даже когда многим грозила смерть, не подсказали решения тем же цитадельским.

Вы просто струсили. Испугались, что вас не послушают, что раскроют… или что спросят, откуда такие знания? Непонятно только, почему во время эпидемии не остались в стороне. Или это в качестве маскировки? Хотя да, всё сходится — вы просто боялись, что если отсидитесь, по головке за это не погладят. А на самом деле вам было глубоко плевать на заболевших. И на их детей. Вы ведь ни разу даже не подошли и не помогли младенцам… и не врите! Наверняка вы знали способ их спасти — но ведь собственная безопасность важнее. Ах, ужас какой, обвинят в том, кто вы на самом деле! Уважать не будут! Нет уж, лучше помолчать — а дети что? Детей новых нарожают.

Уриасары молчали, Щука прислала краткое «не останавливайся» — из чего я сделала вывод, что хотя бы часть обвинений справедлива.

— И сейчас не говорите ничего полезного и не даёте нам никаких преимуществ перед возможными врагами. Вот только интересно, почему? — поймав неожиданную мысль за хвост, я поспешила её высказать: — Хотя предположить можно. Вы либо сами ничего не умеете и почти всё ваше «могущество» основано на том, что получили от других керелей, победителей, либо вам запретили передавать знания, умения или технику.

Хотя одно другому не мешает, правда? Тогда к чему была ещё одна ложь? Если вам запретили и если вы не осмеливаетесь или не способны нарушить запрет — то должны понимать, что за вами следят ничуть не меньше, если не больше, чем за нами. Нам, по крайней мере, никто не приказывал молчать, не запрещал помогать друг другу и использовать вещи или умения так, как мы считаем нужным. Мы в трудном положении, но свободны.