Наследники предтеч 4

Единственная проблема — в Ордене сейчас не нашлось лактирующих мужчин… да и женщин тоже. Зато в Волгограде — были. Поэтому проверка легла на плечи Нади. Впрочем, терапевт отказываться не стала, да и добровольцев на весьма приятное и вкусное лечение нашлось много. Результаты опытов обрадовали. Хотя молоко и не оказалось панацеей, но без вредных последствий облегчало течение многих болезней и помогало организму быстрее восстановиться. Кстати, ни одного случая непереносимости молока Надя не зафиксировала — что тоже обнадёживало.

Когда появилась такая возможность, мы всё-таки попытались привить репеллентных насекомых неядовитым животным, применяя при этом обезболивание (а соответственно — и подавление иммунных сил организма).

Выяснилось, что под воздействием таких препаратов личинки приживаются, но стоит прекратить использование общей анестезии, как иммунитет начинает бороться с насекомыми, порой при этом убивая весь организм. Если же продолжать держать животное под обезболиванием, то оно серьёзно заболевает, причём в большинстве случаев сразу несколькими болезнями. Будто этого мало, сами по себе личинки оказывают пагубное воздействие, истощая, отравляя и вызывая серьёзное малокровие, а потом и гибель носителя.

— Скажи спасибо, что у тебя они не прижились, — сказала я химику.

— Да уж, — огорчённо вздохнул Илья и обиженно добавил: — Но ведь ни у фей, ни у йети, прусов и вам подобных ни признаков отравления, ни малокровия нет!

— Скорее всего, мы эволюционировали параллельно, — пожала плечами я. — Поэтому наши организмы приспособились к выделениям насекомых и либо производят большой избыток элементов крови — чтобы хватило и на себя, и для прокорма личинок, либо изобрели какой-то дополнительный механизм для их питания.

А ведь это действительно очень интересный факт! Особенно учитывая, что у «больных» фей без паразитов кровь тоже была нормальной, а не повышенной густоты. Выходит, компенсация включается только когда нужна. По крайней мере, у тех животных, симбиоз которых с репеллентными насекомыми находится не на самом высоком уровне. К сожалению, дальнейшие эксперименты пришлось отложить — для них требовалось оборудование, которого у нас пока нет и сделать не получится.

Однажды ночью нас разбудили громкие крики страистов. Как позже выяснилось, пернатые охранники заметили одного из лесных гигантов и кинулись его отгонять. Защитить свою территорию птицам удалось, поскольку, когда мы вышли, гигант уже ушёл. Но до этого не то напал, не то защищался, и теперь один из страистов со сломанными ногами бился на влажном мхе. Обезумев от боли, птица не подпускала к себе, бессмысленно атакуя всё в пределах достигаемости.