2
0– Привет, Фриц! Привет Фриц! Привет Фриц! Привет, Бено!
– Итак, Брунгильда, то есть я, утешает своего Вотана, то есть тебя. Иди ко мне.
Бено сел рядышком, обнял Макса и запел.
– Отчего ты печален, отец?
Далее следовал нудный диалог. Макс объяснял Бенедикту, что вынужден убить родного сына. Того требуют старинные законы. Бено уговаривал не печалиться.
– Ну, улыбнись мне! Ведь с тобою я, дитя твоё! Твоя Брунгильда!
Далее, согласно либретто, дочь целует отца. Бено сделал всё, как велел автор. Макс ответил отцовским, как он считал, поцелуем.
Вдруг музыка прервалась. Все повернулись к патефону и увидели полковника Бирке.
– Бродит тут как призрак, – проворчала Берта.
– Простите, господа! Я прервал репетицию, потому что не мог не выразить восхищения. Браво, браво, браво! Потрясающе. Но разве Брунгильда не была женщиной!
– Женщина, как мы знаем, понятие растяжимое, особенно в театре, – принялся юлить дирижёр.
– Но вы же точно мужчина!
– Тогда что я сейчас видел?
– Вы про поцелуй? Это режиссёрская красочка, так скажем.
– Видите ли, у Вагнера нет прямого указания на то, что Брунгильда – женщина.
– Мне кажется или вы воспеваете мужеложество?
Только теперь Бено вырвался из объятий Макса.
– Да как вы могли такое подумать? Просто древние немцы очень любили своих детей! Что мы сейчас и показали.
– Хорошо, хорошо, – рассмеялся Бирке. – Я полностью доверяю вам. И прошу уделить мне минутку. Не волнуйтесь, господин бог, ваш дочь сохранит девственность для вас, – закончил полковник, чуть поклонившись Максу. От этого поклона у комедианта встали дыбом волосы. Он отчаянно захотел, чтобы его вовсе не замечали.
– Перерыв! – скомандовал дирижёр. – Готовьтесь повторить первый акт! Если вернусь, конечно.
Спускаясь со сцены, Бено подобострастно улыбался.
Они уселись за дальний столик. Бирке положил на стол конверт.
– Догадываетесь, что здесь?
– Отрезанные уши наших врагов?
– Это билеты в Берлин. Для вас и вашей супруги.
В этот раз Бено не спешил с восторгами. И был прав. Комендант немедленно потребовал душу.
– Надеюсь вам есть чем ответить? – улыбнулся Бирке.
– Пригласительные ещё не напечатали! Но как только…
– Вы обещали рассказать о настроениях в труппе.
– А, этого сколько угодно. Тони обещал оркестр и обманул, например. Берта обещала денег на декорации – тоже обманула.
– Не притворяйтесь бо льшим дураком, чем есть. Вы не пускаете слюни и не гадите в штаны, значит понимаете, о чём речь.
– Вы хотите, чтобы я оговорил артистов?
– Я хочу, чтобы вы с вашей женой были счастливы в Берлине. Или несчастливы в концлагере. В зависимости от того, друзья мы, или враги.
Бено хотел отхлебнуть пива, но пролил, руки дрожали. Бирке бросил дирижёру салфетку.
– Жду вас завтра в полдень с подробным отчётом.
