Я не ваша, господин следователь

Каменное лицо, бледно-розовые губы сомкнуты в прямую линию, взгляд неподвижен, лишь только сверкают в глубине глаз искры холодности.

— Я не слышала, как ты вошла, проходи, не стой.

Взгляд сестры скользнул по мне с каким-то пренебрежением. И только тут я пришла в себя, вспомнив, в каком виде нахожусь.

— Почему ты в таком виде? — стальной голос режет слух.

Сжимаю в пальцах покрывало, но уже поздно что-либо предпринимать. И это я, та заботливая Вишен которая беспокоится о своей семье?

И прежде чем я решила улыбнуться ей и обрадоваться её приходу, стать снова доброй и заботливой старшей сестрой, Иллин отвернулась, но её взгляд зацепился за розы на столе и десерт.

А потом на её лице появилась кривая злая ухмылка, которая убила всякое желание быть с ней доброй.

— Что это? — бросает на меня едкий взгляд, отталкивающая ухмылка застывает кривой линией на губах.

Я подступаю к столу, только Иллин оказывается быстрее — хватает записку.

— Верни на место, — строго велю я, но Иллин пропускает мимо слова.

— Ну-ка, и что же там у нас? Кто же такой заботливый и внимательный?

— Отдай немедленно, Иллин, — требую уже стальным голосом.

 — Ты отвратительно себя ведешь, — сжимаю подрагивающие от ярости пальцы в кулаки.

— Кто бы говорил. Правильно отец говорит, ты… — Иллин запнулась. — Ты позор нашей семьи.

— Что? — слова, как пощёчина, вызывают волну ярости, которая захлёстывает меня с головой. — Немедленно покинь мой дом.

Но вместо этого сестра раскрывает записку, полностью игнорируя меня. Хотя… пусть читает и знает о том, что она никогда не была интересна Рэну. Отец слишком её избаловал, но я даже не могла представить, что она стала такой эгоистичной. И как я не видела этого раньше?!

Ехидная улыбка сходит с её губ, она не ожидала, что им окажется Рэн Сармант, до последнего надеялась.

Пальцы, держащие записку, дрогнули, лицо побелело ещё сильнее, а губы сомкнулись в линию. Она моргнула и бросила на меня сверкающий от подступающих слёз обиды взгляд.

Но потом опустила, дочитав записку.

— Надо же, как трогательно, — выдавила из себя и выронила записку из рук. Конечно, не случайно, как и не случайно наступила на неё туфлей.

— Немедленно покинь мой дом.

— Бедный Рэн, от одного ты избавилась, такая же участь ждёт и его?

Слова, как пощёчина, причинили боль.

— Как ты смеешь, Иллин! В тебе сейчас говорит обида, — беру в себя в руки, делая вдох, приближаюсь к ней, смотрю ей в глаза. — Учись принимать правду, сестра. Ты думаешь, что всему виной я, но ты никогда не была ему интересна, никогда он ни разу не спросил о тебе, твоё знакомство с ним неправильно было изначально.

— Ты мне не сестра! — резко отступает, увеличивая между нами расстояние, и одаривает меня холодным, полным презрения взглядом.

Я действительно её не узнаю.