2
0Вероника не обиделась на него, даже когда он, не подумав, сморозил глупость:
— Для твоего возраста у тебя шикарная фигура, — похвалил он её, задним числом сообразив, что комплимент вышел сомнительный.
Она не стала цепляться и раздувать из мухи слона, а привычно перевела всё в шутку. Это её качество он ценил больше всего. И ещё она никогда ни к кому не ревновала. Собственно, поводов он и не давал, но прежний опыт общения с девчонками показывал, что поводы для сцен ревности особо и не нужны. Достаточно, например, посмотреть без задней мысли на проходящую мимо симпатичную девушку. Или улыбнуться. Или поболтать с одногруппницей. И всё — скандал обеспечен. А с Вероникой — ничего подобного. Она не обращала внимания, когда он на кого-нибудь поглядывал и не донимала вопросами: «Ты меня любишь?». Ничего от него не требовала и не просила.
Однако, сам того не замечая, он менялся. Пересматривал собственные взгляды. Эти двенадцать лет разницы между ними больше его не смущали. Он даже познакомил её с Лёвой и приятелями по академии, хотя прежде и помыслить о таком не мог — вдруг будут насмехаться. И отцу ничего не стал про неё говорить — знал, что тот вцепиться в Веронику мёртвой хваткой. И тогда их отношения непременно обретут корыстный оттенок с его стороны, а ему этого не хотелось. Пусть они просто будут вместе.
Как-то само собой получилось, что жили они у Шаламова. У Вероники, конечно же, имелась своя квартира, и больше, и несравненно роскошнее. Но он к ней переезжать не рвался. Поэтому она сначала оставалась у него на ночь, а потом просто осталась, рассудив, что ничего страшного, если и этот первый шаг будет за ней, раз уж гора не идёт к Магомету. К тому же навести уют можно где угодно, было бы желание.
Но на этот раз Вероника, заехав за Шаламовым после пар, позвала его к себе.
— Там что-то будет? — поинтересовался он.
— Увидишь, — пообещала она, загадочно улыбнувшись.
Жила Вероника на окраине города в симпатичном таунхаусе, занимая половину дома. Место вообще было идиллическое — вокруг такие же опрятные коттеджики с подземными гаражами, белые заборчики, плиточные тротуары с подсветкой. Даже деревья здесь — не неряшливые разлапистые тополя, как в городе, а аккуратненькие ёлочки, все как по линейке одной вышины и посаженные на одинаковом расстоянии друг от друга.
Само жилище впечатляло не только простором, но и почти полным отсутствием стен. Прихожая, кухня, гостиная и столовая имели весьма условные границы.
— Круто у тебя! — присвистнул Шаламов, скидывая кроссовки у дверей.
— Спасибо, мне тоже нравится. Между прочим… — начала Вероника, но Шаламов уже осваивался в гостиной, пробуя на мягкость диваны и кресла. Потом подошёл к круглому стеклянному столу, накрытому на двоих.
