0
0Они говорили не дольше минуты, собственно, всего-то обменялись парой дежурных фраз, как Вероника Сергеевна сама предложила встретиться «допустим, в кофейне на Киевской завтра в десять утра».
Однако ни время — слишком рано, ни место — слишком далеко, ему не подходили, о чём он и сообщил без стеснения. Вероника не стала обижаться, капризничать и «делать выводы», а с лёгкостью перенесла встречу в кафе на Александра Невского, что в двух шагах от его дома.
— Часов в семь устроит? — с насмешкой спросила она. И в этой насмешке чувствовался вызов, мол, не боишься ли ты иметь дело со взрослой, состоявшейся женщиной или твой удел — только глупые малолетки.
— Вполне, — лениво протянул он, хотя в душе и ощутил лёгкое смятение. Почему-то вдруг сразу вспомнилась тётка Эмилии, которая оба раза, что они виделись, умудрилась ужасно его смутить.
Место Вероника Сергеевна выбрала подходящее: без лишнего пафоса, но и не студенческая забегаловка. Тихая музыка, приглушённый свет, велюровые мягкие диваны, предупредительный персонал — всё вполне на уровне. И вела себя она безупречно, соблюдая все неписанные законы куртуазности. Лишь раз допустила небольшой промах, хотя эта оплошность в конечном счёте и сыграла решающую роль.
— Выбирай всё, что пожелаешь. На цены не смотри, — снисходительно обронила она, когда официант принёс две кожаные папки: меню и винную карту. — Я плачу́.
Шаламов на это предложение ни слова не сказал, зато буквально пригвоздил Веронику тяжёлым немигающим взглядом. Наверное, именно этот взгляд, властный и бескомпромиссный, взгляд не смазливого мальчишки, каким он поначалу виделся, а уверенного, гордого мужчины, и покорил её. Во всяком случае именно в тот момент у неё перехватило дух, а сердце неожиданно дрогнуло. Налёт снисхождения, который при всей её вежливости, читался и в жестах, и во взгляде и в интонациях, вмиг улетучился. Она даже слегка заробела, что уж совсем нелепо, учитывая их разницу в возрасте и в положении.
Тогда, в клубе, она видела только красивую внешность самодовольного и легкомысленного парня. Если не сказать, глупого, потому что, по её мнению, все самодовольные люди глупы. Но сейчас в нём, несмотря на молодость, чувствовалась твёрдость и сила, которой невольно хотелось подчиниться. И если изначально Вероника подумывала о разовом свидании, допуская, в общем-то, как вариант и маленькую необременительную интрижку, если мальчик окажется в постели на высоте и при этом не слишком падок на деньги, то теперь ей определённо хотелось чего-то большего. Шаламова же одновременно злила и распаляла заносчивость этой дамочки. Девочки обычно взирали на него, как на полубога, а эта позволила себе попытку унизить его.
