Даниил Галицкий

— Где же Доброслав? Разве не ведомо ему, что прибыл стольник княжий? — сердился Яков, сидя в светлице.

Сколько ни посылал он дружинников во двор к Доброславу, один и тот же ответ приносили: «Боярин на Понизье».

В сенях что-то загремело. Яков вскочил: может, дружинник от Доброслава? Но вошел Теодосий, и сразу легче на душе стало. Руки невольно потянулись к бороде. Теодосий захохотал.

— А ты все бороду теребишь! Говорил тебе — оставь ее, возьмись за нос, оттягивай его каждый день, авось и вырастет побольше.

Яков плюнул в угол, осерчал:

— Иди ты вон отседова, лихословец!

— Не бранись, Яков, а то князю скажу, как ты мной помыкал.

Яков и рот разинул. «Ну что за человек сей Теодосий! Сам потешается, да еще и князю хочет жаловаться…»

Теодосий, усаживаясь на скамье, кинул, словно бы невзначай:

— Боярин Доброслав приехал.

Обрадованный Яков подскочил на лавке.

— Уже? Кто тебе сказал?

— Сам я видел. Уже который день выглядывал его: знаю, как ты ждешь не дождешься его.

— Теодосий! Может, вдвоем пойдем? — вкрадчиво произнес Яков.

— Пойдем… Меня слушай. Знаю я Доброслава, его перекричать надобно, а ты не дорос, голос у тебя как у моей бабки перед смертью был… Идем. Я ему еще Судислава припомню!

Яков был доволен, что Теодосий пойдет вместе с ним: Теодосий за словом в карман не полезет, сразу найдет ответ для Доброслава.

— Может, медку выпьешь на дорогу? — предложил Яков.

— Вельми горло пересохло, дай промочу!

Доброслав встретил их в старом тереме, в том, что Владислав построил. Толстый и красный, сидел за столом Доброслав, тяжело дыша. Он разглаживал двумя руками бороду, лежащую на животе, и даже не подумал встать, когда вошли княжьи люди.

— Садитесь, дорогие гости! А я все думаю: почто так долго никто не едет из Холма? Али, может, князю некогда — велика земля, забыл он про Галич?

— Да нет, — ответил Теодосий, — князь Данило не забыл про Галич. А про тебя, может, и забыл. Что-то я не слышал, чтоб вспоминал он тебя.

Доброслав нахмурился, но промолчал.

— Садитесь, — буркнул он. — Я только что приехал, не обедал еще. Пообедаем сейчас вместе.

Слуги внесли в горницу два жбана меду, огромный поднос с жареным мясом, две большие миски дымящейся ухи. Доброслав поднялся и сам разлил мед в корцы.

— Пейте мед галицкий, — может, там, в Холме, и пчелы не такие.

— Пчелы такие, да только не кусаются, жала у них нет, — едко ответил Теодосий.

Доброслава покоробили колкие слова.

Теодосий толкнул Якова под столом ногой и подмигнул: не пей, мол, много. Яков смекнул: осторожным надо быть, Доброслав опоить их может.

— А вот и Григорий Васильевич пришел, — загудел своим басом Доброслав.

Боярин Григорий шел прямо, не сгибаясь, будто аршин проглотил. Только у самого стола улыбнулся и мотнул головой в сторону гостей.