Даниил Галицкий

Люди хорошие, как же с ними не посидеть! Уезжают они скоро… Пусть купцы да бояре беснуются, пусть грызутся, а люди знают: из Галича ли ты, или из Новгорода, или из Чернигова, одна у нас мать — Русская земля… Не бранись, моя пташечка, что по лишнему кубку опрокинули…

Целую неделю после веча гудел взбудораженный Новгород. Мстислав собирал в поход свою дружину, с утра до вечера был на ногах. Все надо было предусмотреть: и чтобы оружие было, и чтобы кони подкованы, и еду чтобы везли с собой на добрых возах. Да еще с новыми дружинниками морока — так много объявилось горожан и смердов, что пришлось новые сотни прибавлять, хороших сотских подыскивать. А где их взять? И Мстислав ставил сотскими расторопных дружинников. Так и Микула стал сотским, хоть и отказывался.

Ворчал архиепископ, недовольны были бояре — что-то уж очень много оказалось охотников в дружину Мстислава, — но ничего поделать не могли. Так сказало вече — пусть Мстислав набирает большую дружину, не перечить тем, кто хочет идти в Галич. Этого и побаивался Мстислав. На всех новых дружинников коней не напасешься, пешими в бою будут. Да еще и возы для них надо снаряжать, на ногах не преодолеют такое большое расстояние.

Поздно вечером приходил домой озабоченный Мстислав, наспех ужинал и, обессилевший, валился в постель, чтобы чуть свет снова вскочить на ноги. Таков у него обычай: в поход идешь — сам все осмотри. Жена и дочь тоже недосыпали, готовились. Мстислав и их брал с собой: к чему им здесь без него оставаться? Чтобы недруги заклевали?

Где такое место найти, чтобы все уместились? Широкое княжеское подворье лишь пятнадцатую часть может принять. Пришлось за городом, на берегу Волхова, лагерь разбить. Тут поделали коновязи, сюда и кузнецы перебрались — кому надо меч подправить, кому копье острое отклепать, а кому и лишнюю подкову сделать в дорогу. Гудят-звенят молоты, ржут кони; шустрые ребятишки бегают между взрослыми, и в общий шум вплетаются детские голоса.

Накануне выступления Мстислав с утра собрал сотских: все ли готово?

— Великая сила, за всем не услежу, а вы очи мои, в своих сотнях все пересмотрите, с вас будет взыскано. Про ратных мужей печься надобно, выкриками сыты не будут.

И без того сотские все знают, все у них ладно, а все же после суровых слов Мстислава снова помчались в свои сотни.

Обо всем подумал Мстислав. В тот же день, когда было вече, послал он своего гонца к киевскому князю просить, дабы и он подмогу дал своими дружинниками.

…Кирилл рано разбудил Иванку.

— Вставай да Дмитрия поднимай!

Но пока Иванко собирался, Дмитрий сам уже вышел во двор, поглядел на небо.

— Хороший денек нас нынче провожает! — радостно воскликнул он. — Собирайтесь, нам негоже задерживаться.