А вас эти арабы — да мордой об стол! Ты знаешь, что наших хлопцев пасут, начиная от Кракова?
— Какая, на хрен, разница?! ПАСУТ, ты понимаешь? Что это значит? Это значит, что те, кто играет за чёрных — в курсе нашей операции! До чего вы докатились…
Левченко тяжело вздохнул.
— Максим Владимирович, я всё же думаю, что Али Умар не в курсе нашей операции.
— То есть как это не в курсе? — генерал несколько озадачился.
— Вот так. Пять дней назад он получил информацию, что Тевзеевы, вероятно, находятся в Моравии. У него было время подстраховаться на тот случай, если мы решим взять этого Тевзеева своими силами.
— Предположим. Какие действия группы вы с Крапивиным предполагаете в этой ситуации? Кстати, вызови-ка его сюда, надо с ним чуток побалакать.
— Есть. — Левченко взял трубку внутреннего телефона, набрал три цифры, дождался ответа и кратко бросил: — Егор, давай к шефу, видеть тебя желают.
— Век бы вас не видеть…. Нервы мои на мелкие шматки рвёте, не жалеете своего командира…. Ладно, хлопцам нашим какую задачу поставил?
— Главное для наших ребят — добраться до окрестностей Виловиц. Как только они осядут во Всетине — или, принимая во внимание сегодняшний их доклад, в Вельке-Карловице — то перейдут к активной фазе операции.
— А если он попросит помощь живой силой у албанцев? Учти, эти могут в Виловице и сотню головорезов привезти — у них сильные криминальные группировки в Европе.
Левченко едва заметно улыбнулся.
— Это — вряд ли. Просить помощи у албанцев для того, чтобы взять за вымя Тевзеева — расписываться в своей слабости.










