2
0
Безумно хочу рассмотреть его лицо, но все еще мешают слезы, они продолжают литься из глаз, непрерывным потоком и их никак не остановить.
— Сейчас придем к тебе в комнату, и ты мне все расскажешь, — от его слов щеки начинают пылать.
Мне стыдно рассказывать, но понимаю, что выложу ему все. Просто не смогу иначе. Незнакомец очень странно на меня действует.
— Как тебя зовут, зеленоглазая колдунья? — он говорит очень тихо и так проникновенно, что слова кажутся нежнее бархата, окутывают сердце, проникают в душу.
— Маша, — бурчу, уткнувшись ему в плечо.
Я дышу, кажется, впервые по настоящему.
— Манюня, — выдыхает мне в макушку. — Николай, — представляется.
— Коля, — так же выдыхаю. Почему-то это имя кажется мне таким сладким, оно словно конфета тает у меня на языке.
Он проносит меня через комендантшу. К счастью не вижу ее презрительного взгляда, но ощущаю. Тут уже иначе на меня и не смотрят.
Рукой показываю направление, называю номер комнаты, достаю из кармана ключи и передаю Коле. Наши руки соприкасаются, обжигающие волны пробегают по телу, меня подбрасывает.
С огромным трудом заставляю себя отпустить его руку. Какие же у него невероятные пальцы… хочется чувствовать их, гладить, целовать…
Он открывает двери, замирает на пороге. С его губ срывается нецензурное витиеватое выражение, и даже ругань у него получается будоражащее.
— Ты тут живешь? Реально? — в голосе нотки гнева.
— Да, — прячу лицо.
— Ты тут больше жить не будешь. Это же не человеческие условия. Манюня, что с тобой происходит? Я хочу знать все!
— Я грязная, — снова повторяю то, с чем жила последнее время.
Они словно поставили на мне клеймо, от которого не могу избавиться.
— Ты самая чистая, самая красивая, — осторожно поднимает мою голову за подбородок. — Кто втемяшил тебе в голову подобную ересь?
По-прежнему не вижу его лица. А так хочу рассмотреть, мне это жизненно необходимо. Рядом с ним я забываю обо всем. И моя убогая комната, не кажется мне жуткой, и мои проблемы не бередят душу. Все уходит на десятый план. Рядом со мной Коля и только это имеет значение. Я словно под каким-то гипнозом, в какой-то иной реальности. И я не хочу обратно, не хочу в тот жестокий мир.
— Длинная история, — всхлипываю.
Его руки собирают мои слезы с лица. И я окончательно улетаю. Тону в морских волнах, наслаждаюсь их касаниями, голова кругом, в теле небывалая легкость.
— Я хочу знать все до мельчайших подробностей, — он осторожно ставит меня на землю.
Сразу становится неуютно, хочется снова прижаться к нему, ощущать тепло, вдыхать невероятный запах.
— Умоюсь, — говорю смущенно, — Переоденусь…
Я же в помидорах и яйцах, представляю, как выгляжу.
