1972

Непобедимых боксеров нет и быть не может! Всегда находится другой, более сильный, более удачливый. И тогда…

– Ты дерьмо! Ты русское дерьмо! – Али презрительно скривил физиономию и сплюнул в мою сторону. Пресли поморщился и брезгливо поджал ноги. – Я величайший! А ты враль, дерьмо, жалкий писака!

– Ну, так нельзя, Мохаммед! – нарочито укоризненно заявил ведущий, стрельнув в меня быстрым взглядом, и я понял: подготовлено. Специально сделали так, чтобы свести меня и Мохаммеда Али. И раздуть из этого скандал. Известно, скандалы – это двигатели шоу.

Хочешь поднять рейтинг – раздуй скандал, о котором будет говорить вся страна.

– Майкл, а кто может победить Мохаммеда Али? – не унимался ведущий. – Кто из боксеров может его уложить?

– Никто! Никто не сможет меня уложить! – Мохаммед Али вскочил и запрыгал на месте. – Я величайший! Я непобедимый!

Он сделал несколько ударов по воздуху и вдруг прыгнул ко мне.

– Ты расистское дерьмо! Факинговая русская обезьяна! Ты убил наших братьев подло, в спину! Ты проклятый расистский факинговый сукин сын! Я могу убить тебя голыми руками! Я фак тебя! Фак твою мать! Фак твоих детей!

Он не договорил.

Я изобразил удар в челюсть, и когда придурок уклонился от этого удара (в реакции ему не откажешь!) – врезал ему ногой в пах. Мохаммед Али охнул, согнулся крючком и, попятившись, уселся на свое место.

– Ну, вот видишь, а ты говорил – непобедимый! – усмехнулся я и оглянулся на замершего с открытым ртом Джонни Карсона. – Вы меня пригласили, чтобы набить морду этому придурку?

– Нет-нет! – «разморозился» ведущий. – Мохаммед, ты всегда можешь уладить свои дела с Майклом на ринге! Мое шоу не место для драк!

«Ах ты ж негодяй! – подумалось мне, – ведь на что-то подобное ты и рассчитывал».

И кстати, убил я одного из его «братанов» совсем не в спину. Я ему в задницу выстрелил. И не моя вина, что кольт сорок пятого калибра оказался таким мощным, вынеся задницу вместе с передницей. Не надо было на меня нападать! Ни тогда, ни сейчас.

– Я встречусь с ним на ринге! – снова вскочил с места Али. Он был бледен, лицо перекошено. – Если, конечно, этот факинговый сукин сын не трус! Но он трус.

А жаль! Я бы выбил ему мозги!

– В любой момент, когда захочешь, – усмехнулся я. – Только драться будем без правил. Никаких тебе, придурку, боксерских правил. Бои без правил! И тогда увидим, кто из нас факинговый сукин сын, ты, тупая обезьяна!

Охрана ждала, точно. Али схватили за руки, когда он рванулся ко мне, повели за кулисы. Он вырывался, что-то кричал, но сделать ничего не смог. Я бы смог. Только зачем?

– Какой у нас сегодня фантастический эфир! – восхищенно выдохнул Джонни.