Вечный воин

— Эй, позови командира саперов! — выслушав меня, приказал предводитель гуннов командиру стражи, а стоявшему сбоку от помоста унылому рабу, который, скорее всего, еще недавно был крестьянином: — Принеси вина.

— И фиников, — попросил я.

— И алтаку, — добавил Атилла.

Он был сладкоежкой, поэтому всегда возил с собой финики, миндаль в меде, рецепт которого римляне позаимстовали у этрусков, и алтаку (подобие зефира с орехами и медом), как греки называли это лакомство в честь растения, из которого брали сок для её изготовления. Первый раз я ел алтаку в Египте, когда служил в армии фараона. В то время она была лакомством богачей. Впрочем, и сейчас не каждому по карману.

— Ты бывал в Константинополе? — спросил меня Атилла.

— Приходилось, — ответил я.

— Как думаешь, сумеем захватить его? — задал он следующий вопрос.

— Нет, — уверенно ответил я.

Про гуннов я помнил не очень много, но точно знал, что ни Константинополь, ни Рим они не брали.

— Почему? — поинтересовался Атилла.

— Не знаю, — соврал я.

Не рассказывать же ему об учебниках истории и прочих трудах, в которых фантасты от науки додумывали то, о чем забыли насочинять их предшественники.

— Вот и главный шаман говорит, что не знает, — грустно сообщил предводитель гуннов.

Раб принес нам вино и сладости. Мы оба налегли на них. Алтака, которую теперь делают греки, оказалась хуже египетской, поэтому я полностью переключился на финики.

Насытившись и отрыгнув, Атилла похвастался:

— Когда я был в империи Тоба Вэй, которая далеко-далеко на востоке, на самом краю земли, меня там угощали удивительным лакомством — орехами в коконе из белых сладких нитей. Забыл, как называется.

— Борода дракона, — подсказал я.

Это китайское лакомство что-то среднее между халвой и сахарной ватой. Делается вручную. Сироп смешивают с рисовой мукой и растягивают в тоненькие нити, которыми оборачивают разные начинки: орехи, кунжут, кокос… В двадцать первом веке я ел с шоколадом.

— Ты бывал в тех краях? — нисколько не удивившись, поинтересовался предводитель гуннов.

— Приходилось, — молвил я.

— В той стране хорошие воины? — спросил он.

— Воины везде хорошие. Плохими бывают только полководцы, — сказал я.

— А я хороший полководец? — хитро улыбаясь, задал он вопрос.

— Тебя надолго запомнят! — улыбнувшись так же, ответил я.

К нам подошел командир саперов. Это был римлянин из Западной империи, коренастый, с выпирающим, как у беременной бабы, животом и таким массивным подбородком, что напомнил мне Щелкунчика с театральной афиши, виденной как-то в Москве. Немудрено с такими челюстями нажрать такое пузо.

Выслушав мое предложение, он отмахнулся:

— Видел я это место. Там слишком много надо выбирать камня, чтобы разжечь под стенами.