Вечный воин

Я еще думал, получится ли благополучно разойтись с ней, если встретим на своем пути? Зря беспокоился.

На четвертое утро миновали холмы, где лет шестьдесят назад готы разгромили армию восточных римлян, убив, в том числе, и императора Валента. Можно считать, что в этом месте был утвержден распад империи на две части и констатирована смертельная болезнь западной ее части. Больной еще жив, но я знаю, что протянет не долго.

После полудня поднялись на очередной холм и увидели у его подножия деревню, а вдалеке — Адрианополь. В деревне нас должны ждать. Пара мулов, запряженных в легкую кибитку, словно догадалась, что скоро будет привал, отдохнет, пошла не то, чтобы быстрее, а бодрее. Левое заднее колесо кибитки сильно и неприятно скрипело, хотя утром его смазывали по моей просьбе. Правит мулами рабыня Ирины, напялившая, чтобы не мерзнуть, мужской овчинный тулуп, великоватый, поэтому подкатила рукава. Хозяйка ее спряталась внутри. Наверное, лежит, закутавшись в бордовый плащ, подбитый лисьим мехом. Этот плащ я отобрал из добычи в счет своей десятины, как и Ирину с ее драгоценностями и одной из рабынь. Никто не возражал. Благодаря мне, добычу в Наисе отряд взял очень богатую, на зависть остальным, включая гуннов, так что больше никто не сомневается, что я имею право быть командиром.

Я подъехал сзади к кибитке, окликнул Ирину. Она подняла темно-серый войлочный полог в задней части, зябко поморщилась из-за сырого ветра и попробовала улыбнуться. Дорога давалась ей, изнеженной, избалованной, очень тяжело.

— Подъезжаем, — сообщил я

— Наконец-то! — радостно, с облегчением произнесла она. — Думала, умру по дороге!

— До Константинополя на несколько переходов больше, чем мы проехали, — напомнил я.

— Ничего, там переходы будут короче, и я отдохну несколько дней в Адрианополе, — сказала Ирина, после чего посмотрела не меня печально, будто знала, что видит в последний раз, и спросила без особой надежды, скорее, для проформы: — Ты приедешь ко мне?

— Если не погибну в бою! — беззаботно ответил я.

Мне бы самому знать, что буду хотеть через месяц, полгода, год или сколько там продлится поход гуннов? К тому же, привык, что жен у меня несколько, а Ирине такое не то, чтобы в диковинку, наложниц сейчас имеют многие богачи, но вряд ли понравится. И еще я могу переместиться в другую эпоху по своей воле или чужой. В то, что погибну, уже не верю, причем с детской, непрошибаемой убежденностью в собственное бессмертие.

— Я буду ждать тебя, — твердо, как клятву, произнесла Ирина.

С одной стороны, конечно, хорошо, когда есть место, где тебя ждут, а с другой, не люблю обязательств перед теми, кто пока не жена. Может быть, встречу другую, красивее, интереснее.

И врать таким женщинам не люблю, поэтому говорю:

— Если ничего не случится, приеду.