Вечный воин

От них и будут рожать женщины, которым, по большому счету, без разницы, кто отец ребенка, лишь бы дети были крепкими и сильными во всех отношениях.

Затем я подошел к тому воину, что охранял хозяина дома, и тихо сказал:

— Его жена заплатит нам на сто солидов больше, если станет вдовой.

— Сделаю! — оскалившись, пообещал он.

Часа через три, когда крики и плач в городе стихли, когда по улицам перестали шляться толпы воинов в поисках добычи, я с небольшой охраной повез десятину командующему армией. Ни его, ни Атиллу не увидел, потому что пировали в большом трехэтажном доме, с севера ограждавшего квадратную центральную площадь Наиса. Наверное, раньше дом принадлежал градоначальнику и правителю всей провинции. Вымощенная брусчаткой площадь сейчас была похожа на двор дома, захваченного моим отрядом — завалена узлами, мешками и просто сваленным в кучу, самым разным барахлом. Как догадываюсь, большинство отдавало самое ненужное или громоздкое из добычи, но возле входа в дом отдельными кучами свалены были золотые и серебряные предметы. Мы тоже вывалили свою долю, о чем я и доложил, перечислив, что именно привез, одному из помощников Эдекона, который, несмотря на то, что сидел боком на невзрачной буланой лошаденке, был больше похож на гота, чем многие германцы, разве что ноги были коротковаты и невообразимо кривы, как у большинства кочевников.

Он кивнул, после чего произнес:

— Говорят, ты первый ворвался в город.

— Так получилось, — скромно сказал я.

— Хорошо получилось, — согласился помощник Эдекона и прикрикнул на другую группу, которая собиралась кинуть бронзовый кувшин в кучу золотых предметов.

Гуннская армия осадила Филиппополь, названный так в честь себя любимого царем Филиппом Македонским. До захвата македонцами город назывался Одрис и был одной из столиц Одрисского царства. Я навещал его, в то время маленький и слабо защищенный, находясь в армии Александра Македонского. Попав под власть римлян, город получил название Тримонтий (Три холма), но после того, как стал частью Восточной Римской империи, к нему вернулось предыдущее название. Я побываю в нем, носящем имя Пловдив, в начале тринадцатого века, когда буду воевать на стороне болгарского царя Ивана Асеня, и в следующую эпоху по пути в Константинополь, после чего окажусь в Каталонской компании. В общем, знакомые места.

Сдаваться жители Филиппополя не собираются. В предыдущие годы они уже пересидели две осады гуннов. Тогда на них нападали намного меньшие армии, не имевшие осадных орудий и опыта осад. Кочевники в те разы просто окружили город и потребовали дань. Горожане отказывались. Гунны ждали несколько дней, разоряли окрестности и уходили дальше, не солоно хлебавши.

На этот раз все намного серьезнее. Филиппополь окружили со всех сторон.