Там, за передним краем

Она часто рассказывала о Крыме, о поездках к Черному морю, о природе этого замечательного уголка нашей страны. И мне так хочется побывать там! Я еще никогда не видела ни моря, ни гор. А ты?

Около ее дома они остановились. Тишина. Лишь слышно, как в хлеву корова шумно вздыхает да курица никак не может на насесте закрепиться, хлопает крыльями. Высоко в небе, натуженно гудя моторами, в сторону фронта летели самолеты.

— Спасибо, что проводил, — сказала Ира и протянула ему руку.

— Ира, славная, милая, — еле слышно, как в бреду, зашептал он и слегка потянул ее руку к себе.

Ира качнулась вперед. В тот же миг Вадим обхватил ее левой рукой за плечи, прижал к себе и ткнулся губами в уголок ее рта. Волна хмельного тумана хлынула ему в голову. И он не сразу понял, что же случилось, когда в ночной тиши услышал резкий хлопок. Правая щека огнем вспыхнула.

— Благодарю, — только и успел вымолвить Вадим.

— Пожалуйста, — выдохнула Ира и, закрыв лицо руками, побежала к двери.

Горькая обида охватила все существо Вадима. «Мне — и пощечину! За что? Ведь я перед ней душу расстелил. Вот она! Чистая, без единого пятнышка, бери ее.

Делай с ней, что хочешь. Отныне и вовеки она твоя. И что же в ответ? Боже мой, как перенести такой позор… Все! С завтрашнего дня я к ней и шагу не сделаю. Подумаешь, возгордилась. Было бы чем! Вон Клава Берникова, уж на что красавица и умница большая, но разве она позволила бы себе такое? А эта… Что я сделал плохого? Ну не сдержался. Так ведь от чистого сердца! От того, что милее ее у меня никого на свете нет… А у нее?»

Обидой, как огнем, обожгло Вадима. Но он тут же взял себя в руки. «Она только сегодня получила письмо от друга погибшего брата.

До меня ли ей сейчас»…

На следующий день Вадим ни разу не вышел в школьный коридор. Сидел во время переменок в классе, боялся, а лучше сказать стыдился встречи с Ирой. Не выходил во время переменок и еще один день. На третий друзья-одноклассники вытащили его на улицу: не хватило одного человека в волейбол поиграть. А когда прозвенел звонок и все направились в классы, Вадим оказался рядом с Ирой.

— Обиделся? — улыбнувшись, спросила она. — На это не обижаются. Приходите вечером с Сашей.

Вадим не успел ответить — Ира свернула в свой класс.

Но глаза его сказали больше, чем надо. Он рад, что его простили, что снова может видеть ее.

Однако вечером придти не удалось. Дома его ждала повестка из райвоенкомата. Вадим быстро пробежал ее глазами. «С собой иметь две пары нательного белья, продуктов питания на трое суток, кружку, ложку…»

Через три дня с туго набитым «сидором» за плечами стоял он в строю у военкомата. Рядом был и Саша Юрлов. Не отрывая глаз, смотрели и смотрели на них матери. Пришли проводить и девушки. Они стояли в сторонке, ободряюще кивали.