1
0Перед тем как подать, Алена умудрилась увидеть свое отражение в начищенной глади металла холодильника, одернуть юбку и дунуть на мешающую свисшую длинную волосинку.
– А вы давно были в театре? – сглотнула Алена, дождавшись, когда Витя после нескольких глубоких глотков пива перегрызет кусочек селедки поверх ярко-малинового винегрета.
– Да, считай, через день театралю.
Алена удивилась, обрадовалась, вдумалась и огорчилась.
– Вернее, тружусь около театров, особенно перед Мариинкой, – пояснил Витя.
– Вы… помогаете во время спектаклей?
– Я же говорю – до спектаклей не доходит. Я легавый.
– Извините, конечно… У вас что, кто-нибудь сидит?
– По-вашему, я похожа?
– Не знаю… Вам, по-моему, неприятно.
– Нет, что вы… Я никогда не угощала винегретом следователей.
– Спасибо, – Витя произнес это абсолютно искренне.
– Так вам театр надоел?
– Не думаю… Я там никогда не был.
– Спасибо… Тогда пойдемте в театр?
– Давайте прямо сейчас. Мы успеем!
– Вам видней… Спасибо…
Минут пять они шли молча. Алена думала лихорадочно. Витя тоже думал, но о своем. О том, что она могла видеть, как он сплевывает кожуру… Вскоре Алена опомнилась и застрочила обрывками естественных в таких ситуациях мыслей и фраз. Витя все внимательно выслушал.
– А меня зовут Голубев.
Они остановились. При заходящем солнце Витя наконец разглядел ее и сделал вывод: очень красивая. И еще подумал: «А я?» После чего посмотрел на свои светло-коричневые сандалии и понял: «М-да…»
К театру Комедии они подходили уже «под ручку». За это время Алена успела произнести много слов, улыбалась и даже один раз прижалась к Виктору плечом:
– И как вы не боитесь следить за преступниками?
– Мы друг друга не боимся. А потом, вы что думаете, что жулики все злодеи?
– Иначе чугунно: среди них столько же порядочных людей, сколько и среди артистов театра.
– Странно. Вы следователь…
– Да я не следователь.
Алена не поняла. Но ей стало интересно, приятно и спокойно. Затем Алена перешла на писателя Зощенко, который ей очень нравился. Она начала говорить о нем с таким пылом, что на какое-то время чуть позабыла о «любимом мужчине».
«Лавсан», вернее Зощенко Виталий Павлович, 15.07.1949, уроженец города Алапаевск, Свердловской области, прописан по улице Мытнинской, дважды судим за «карман»: первый раз сажал Богучанский, второй раз Родин. Оба раза на транспорте. Виртуоз внутреннего кармана пиджака. Любит ловить «клиентуру» среди состоятельных приезжих возле ювелирных магазинов. Работает один. В контрах с «Гусем» и «Шурупом». Живет понятием «один на льдине», – про себя считал информацию Голубев.
– …Ну, а тебе он нравится? Не молчи, – подтолкнула локтем Алена. – Укутаешься в плед под торшером и до трех ночи с ним улыбаешься.
– Угу, чуть отвлекся, и на горизонте пусто.
