23
0Причем его алиби полностью подтвердилось… О том, что он лично был в строящемся торговом центре Каверина после его убийства и видел утопавшие в собственной крови трупы врагов Белова, Дмитрий, естественно, умолчал…
В ответ тот предложил Шмидту хорошенько подумать и напрячь память. В собственных, мол, интересах. После этого следователь сунул посетителю бумажку и предложил расписаться.
– Что это значит? – удивленно поинтересовался Шмидт.
– Подписка о невыезде, – казенным голосом пояснил Николаев.
– Слушайте, я хоть и не адвокат, но кое-что в юридических вопросах понимаю.
В это время дверь в кабинет следователя открылась, и на пороге показался солидный, мед-ведеподобный человек в темно-синем мундире. Он чем-то неуловимо напоминал генерального прокурора. Да он и был прокурором. Фамилия его была – Мазурин. Шмидт знал его: тот уже пытался когда-то привлечь его к ответственности по делу расстреле в метро немецкого бизнесмена, естественно, с нулевым результатом.
Мазурин остановился в дверях, внимательно изучая Шмидта, как энтомолог редкого жука.
Следователь Николаев вскочил, вытянулся в струну, как солдат в присутствии генерала.
– Здравствуйте, Петр Прокофьевич! – не сказал, доложил он.
– Не вставай, не надо, – помахал рукой прокурор. – Есть проблемы?
– Так точно! – снова крикнул следователь, словно и не слышал пожеланий начальника. – Вот гражданин интересуется, можно ли у свидетеля отбирать подписку о невыезде. Юридический казус, так сказать.
Прокурор подошел к столу, фальшиво улыбнулся и сказал:
– Никакого казуса. Возьми и перепиши бумаги, пусть идет по делу обвиняемым.
Торжествующий Николаев с иронией сказал несколько обескураженному таким поворотом дела Шмидту:
– У вас еще будут вопросы юридического плана или все ясно?"
"Шмидт уже сообразил, что Мазурин не случайно появился в нужном месте в нужный момент. Но, кажется, сигнал к охоте на него пока еще не прозвучал, и травля только планируется? Скорее всего, это обычный прокурорский наезд, превентивный, ничем не подкрепленный.
– Но меня еще не арестовали? Следователь едва заметно, уголками рта, улыбнулся.
– А вы ждете, чтобы вас арестовали? Подпишите здесь, – он показал длинным тонким пальцем место, где следовало поставить подпись, – и можете идти. Пока… – добавил он многозначительно. – На допросы прошу являться в указанный на повестке срок, без опозданий.
