23
0И уже чуть ли не лобызал ее на подоконнике в комнате с кальяном. Это они так танцевали. В момент наиболее бурного натиска в комнату заглянул Кос. Увидев свою бабу в лапах друга, он долго не стал разбираться и с ходу врезал Пчеле прямо в наглую его рожу. Дружба дружбой, но и совесть надо иметь! Удар получился. Что-то хрустнуло под кулаком Коса.
– Идиот! – захлюпал Пчела. Кровь полилась прямо как из отвернутого крана. – Ты ж мне нос сломал, Отелло хренов!
– Витя, Витя, ты голову запрокинь! – причитала Татьяна, подсовывая Пчеле свой кружевной носовой платок.
Ребятам было не до скорой – они еле сдерживали разбушевавшегося Космоса.
– Нафиг скорую, здесь Первая Градская рядом. Только кровь бы остановить, а то весь изгваздаюсь, пока дойду, – сквозь зубы сказал Пчела.
Нос спасла Тамара, единственный в тот момент здравомыслящий человек, к тому же с начальным медицинским образованием. Она завернула в большое полотенце лед из морозилки и остановила кровопролитие.
– Спасибо за гостеприимство, – с порога не забыл поблагодарить именинника Пчела.
– Да пошел ты! И шлюху эту забирай! – орал на весь дом Космос, надежда российской демократии.
Татьяна обиженно стрельнула глазами и отбыла вместе с Пчелой в таинственную неизвестность. Это ведь так и водится у славянских женщин – любить обиженных.
В общем, что и говорить, день рождения удался. Какой же праздник без мордобоя? Последние гости разошлись только под утро.
38
Кудрявый Олег испрашивал разрешений на отпуск каждый раз в начале августа. Именно в это время в Амстердаме проходил грандиозный международный рок-фестиваль.
И вообще, у бездетного Кирпича к Олегу было особое отношение, почти отеческое. И это не было просто проявлением сентиментальности стареющего бандита. Дело в том, что Олег был сыном его давнего друга – крупного московского авторитета Кости Погоста. Погост уже несколько лет как обрел вечный покой на одном из подмосковных кладбищ. Его «Мерседес» взлетел на воздух еще во второй половине восьмидесятых.
Олег с детства отличался всякими талантами: играл на скрипке, клеил модели самолетиков, неплохо играл в теннис. Но особый талант был у него к языкам. И отец в нарушение всех правил не хотел, чтобы сын пошел по его стопам.
Точнее, этого не хотела его мать, властная волевая женщина. Но она ехала с мужем в том же «Мерседесе». Поэтому Олег и оказался на попечении Кирпича, который, помня о желании родителей, выбрал для Олега срединный путь.
