Бригада (1-16)

Степанцов уперся рукой в колено, собрался с силами и…

— Лежи! Не вздумай подниматься! — услышал Сергей чей-то противный голос.

Сергей оперся рукой на канаты. Теперь он видел лицо кричавшего человека. В нем было что-то фальшиво итальянское. И рядом — другое лицо, узнаваемое. Тот человек, о котором Сергей много слышал из газет и телевизионных передач… «Как его зовут? Белов!» — вспыхнуло в мозгу.

Точно. Это был Белов, и он что-то шептал на ухо человеку в белом. Шестеренки памяти вновь сцепились своими острыми зубчиками и совершили еще один оборот. «Это он приходил незадолго перед боем.

Это он хотел, чтобы я лег. Но при чем здесь Белов? Они что, заодно?».

Все эти мысли промелькнули в его голове за считанные доли секунды. Осталось самое главное: прочная ассоциативная связь. Белов — белый костюм недоброжелателя — крик «Лежи! Не вздумай подниматься!». Цепочка замкнулась. «Они все против меня!» — подумал Сергей. Рефери подошел и спросил, все ли с ним в порядке. Может ли он продолжать бой? Сергей кивнул.

Рефери произнес стандартную формулировку: «Можете ли вы себя защищать?» Степанцов вытянул вперед обе руки. Рефери ощутимо надавил на сверху.

Сергей напряг мышцы, показывая, что силы у него еще есть.

— Окей! — сказал рефери и дал знак сходиться: — Бокс!

Этого короткого слова было достаточно, чтобы к Сергею вернулось чувство времени. Внутренние часы, заведенные ударом гонга, отсчитывали последние секунды раунда. Ему надо было только выстоять. Дождаться перерыва…

Пятый раунд подходил к концу, и Буцаева это не устраивало. Парень пропустил удар. Пропустил красиво, не придерешься. Никто и не вздумал бы обвинять его в нечестной игре. Значит, все шло по плану.

Но какого черта он делает? Почему он встает? Ведь сказано было: «Все должно случиться именно в пятом раунде»? Дьявол! Огромный куш уплывал прямо из-под носа!

Буцаев размахивал руками, пытаясь привлечь к себе внимание Савина. Он должен был напомнить этому зарвавшемуся старику, чего от него хочет Роман Остапович. Но Савин, как назло, не оборачивался. И в этот момент прозвучал гонг!

Пару мгновений Сергей не мог сориентироваться, в какой угол ему идти. Последние секунды раунда он убегал от Хьюитта, пытаясь хоть как- закрыться. А у того словно открылось второе дыхание.

Хьюитт бил на выбор, размашисто, почти не контролируя свою защиту. Тут бы и выбросить акцентированный прямой в разрез между перчатками, наобум, на ощупь, вслепую…

У Сергея это всегда хорошо получалось: он мог вытащить соперника на себя, заставить его поверить в свое неоспоримое превосходство и, уйдя в глухую защиту, точно выстрелить по цели. В такие моменты цель не видишь, но ее чувствуешь — по ударам противника, по его хриплому дыханию, по расположению ног… Но даже на это не было сил.