13
0
Саша согласно закивал:
– У нас в России следующий тост принято выпивать за родителей. Я предлагаю выпить за родителей. Тех, которые живы…
Одновременно Саша услышал знакомый голос и увидел вытянувшиеся лица таджиков: они, все трое, как один, смотрели то на фотографию, то на сцену. Оля, стоя вполоборота к залу, пела композицию из репертуара Эллы Фицджеральд.
Деликатные таджики опустили глаза в тарелки.
Космос опрокинул в себя внеочередную рюмку. А Пчела на противоположном конце стола медленно и демонстративно зааплодировал. Дальнейшую сцену можно было бы назвать немой, если бы Оля не пела. Она смотрела на поднимающегося Сашу, и голос ее звучал все тише и тише. Словно кто-то поворачивал рукоятку настройки громкости.
– Я сейчас, – резко поднялся из-за стола Саша…
* * * * *– Оленька, ну что ты так переживаешь? – выпятив нижнюю губу, выпустил струю дыма Виталик. – В конце концов, ты ведь не в стриптизе танцуешь.
Они курили в закутке перед кухней. Когда в конце коридора показался Саша, Оля по инерции хотела спрятать сигарету, но пересилила себя и затянулась, глядя прямо в глаза приближающегося мужа.
– Можно тебя, – проходя мимо, приказным тоном бросил Саша.
Оля даже не подумала двинуться вслед за ним. В то же время ей очень хотелось перевести ситуацию в обычное человеческое русло. Ведь ничего ужасного-то не случилось. Мы же все-таки цивилизованные люди!
– Познакомься, это мой муж, Саша, – кивнула она Виталику.
Почувствовав, что Саша уж точно не рвется пожать ему руку, Виталик не стал подставляться и остался сидеть за столом, переводя взгляд с Оли на Сашу и обратно.
– Поздравляю вас с супругой, Саша. Мы с Олей учились вместе, она очень талантливая. Кстати, Оля, – будто вспомнил он, – приглашай супруга на банкет. Хотим отметить ее премьеру, – пояснил он Саше, туша сигарету.
– Ну что, такое событие стоит отметить. – Саша обращался исключительно к Оле, будто Виталика не существовало вовсе. – Желаю тебе успехов. Особенно творческих.
Достав из кармана пачку денег, Саша бросил сторублевую купюру в тюбетейку, оставленную кем-то из официантов.
Посмотрев презрительно на деньги и удивленно вслед удаляющемуся Саше, Виталик произнес значительно, как со сцены:
– Да, ну он и мавр!
Когда они вновь вышли на маленькую ресторанную сцену и Оля начала играть, ни Саши, ни его компании за столом уже не было. Скрипка звучала нежно и печально. Иногда к ней добавлялись поддерживающие аккорды фортепиано – за фоно сидел Виталик. Так музыканты обычно помогают одиноко поющей на сцене солистке.
Мучительный вечер, наконец, закончился. Оля стремительно собралась и почти бегом выскочила из ресторана.
– Ну, Оль, неловко получается, ну… – Виталик выскочил за нею, что-то дожевывая на ходу.
