Бездушный

Она улыбалась незнакомым людям на улице – уверен, она делала это даже в Нью-Йорке, – а в ее голосе, помимо приветливости и дружелюбия, все еще слышался легкий южный акцент.

Я надеялся, что Служанка не встречалась с каким-нибудь парнем. Не для моего, а для его же блага. Хотя не имело большого значения, существовал он или нет. На самом деле я отмахнулся от мысли о нем в ту же минуту, как только вошел в бар «У МакКоя» и увидел, что ее ярко-голубые глаза смотрят на меня.

Она была идеальной.

И идеально подходила не только для моих планов, но и для того, чтобы скоротать время, пока они не реализуются.

Призрак из моего прошлого, который мог помочь мне приструнить демонов настоящего. И мне только на руку играло то, что Служанка находилась по уши в дерьме. В финансовой яме, из которой я с легкостью вытащу ее, вполне здоровую и невредимую, если она сможет заглушить угрызения совести.

И я собирался сделать все, чтобы она согласилась с моим планом. Служанка вновь стала моей, как только я увидел ее в этом практически ничего не скрывающем наряде.

Она просто еще ни о чем не догадывалась.

* * *ЭмилияСердце стало моим злейшим врагом.

И это произошло еще десять лет назад, когда мне исполнилось семнадцать. Вот почему у меня не получалось выбросить Вишеса из головы, – несмотря на потерю работы, – пока шагала домой под неутихающим ливнем.

Прошло уже двадцать четыре часа с нашей последней встречи, три часа с тех пор, как я думала о нем, и час и пятнадцать минут с того момента, как я в сотый раз задалась вопросом, стоит ли рассказывать Рози о произошедшем. Добравшись до дома, я сбросила с себя промокшую одежду, переоделась в сухую и побежала в аптеку «Дуэйн Рид», потому что забыла забрать лекарства для сестры.

Но по возвращении я вновь вымокла до нитки.

Открыв пакет, я выставила баночки на стол нашей крошечной однокомнатной квартирки. Препарат, разжижающий мокроту. Витамины. Антибиотики. А затем открыла крышки, потому что Рози ослабла настолько, что не могла сделать это самостоятельно.

У моей сестры обнаружили муковисцидоз[4]. Некоторые болезни до поры до времени протекают тихо. А муковисцидоз еще никак и не проявлялся. В детстве никто и не догадывался, что Рози больна. На самом деле все считали ее красивее меня.

У нас похожий цвет глаз. Синий с бирюзовым отливом и зелеными крапинками на краях радужки. Мы могли похвастаться пухлыми губами и волосами цвета ириски. Но мое лицо казалось пухлым и имело форму сердечка, а на ее лице выделялись скулы, как у супермодели.

Но чтобы стать супермоделью, Рози пришлось бы ходить по подиуму, а она не могла даже спуститься с третьего этажа, чтобы выйти на улицу.

Конечно, такое состояние наступало редко. И обычно она делала то же, что и любой человек на Земле.