2
0— Рразве ты не об этом мечтала?
— Мечтала, — соглашаюсь. — Но это было до того, как я украла Алый Гримур из кабинета Стервы и умудрилась призвать в Раадрим светлого. Что же делать, Птиц? Ридрих Ронн — менталист! Он раскусит меня в два счета и отправит в тюрьму, конец всем мечтам и планам!
Через несколько минут тщетных попыток придумать достойный выход из положения, ворон сдается:
— Зови сисястых. У них пор-р-рой бывают удивительные идеи.
Следую его совету, все равно вдвоем ничего толкового выдумать не смогли.
Элла и Гелла являются мгновенно. Осматриваются. Элла удивленно открыв пухлый ротик. Гелла подозрительно щурясь, складывает руки на груди.
— Так-так-так! Значит, без нас что-то задумали и не справились? — ревниво смотрит она на ворона.
— Вр-р-роде того, — согласно кивает тот.
— Нужна ваша помощь, — спешу предотвратить перепалку и обрисовываю ситуацию.
— Ой! Нашла из-за чего переживать, — небрежно отмахивается Элла.
Изображая канатоходца, она с загадочным выражением лица балансирует, прогуливаясь по бортику декоративного балкончика, расположенного чуть ниже.
— Говори? — первой не выдерживает Гелла.
Более прагматичная фея, как и все мы, не уловила сути. Птиц менее любезен и пытается склевать глупышку, но та успевает вспорхнуть. Зависнув напротив моего лица, благодарно располагается на предложенной ладони и поясняет:
— Просто мило улыбайся. Ваш император как раз в том возрасте, когда гораздо интересней, что у девушки под одеждой, чем в голове.
— Элла, ты никогда не отличалась большим умом, — необычайно тактично начинает Гелла, — Но тебе не кажется, что…
— А ведь и вер-р-рно! Кар-р-р! — неожиданно перебивает ее ворон. — Он считает только те мысли, что на повер-р-рхности. И, если они не вызовут подозр-р-рений, не станет лезть глубже! Самоконтр-р-роль и позитив! А еще лицо попр-р-риветливие. И улыбайся!
— Птиц, ты забыл, что на мне сейчас защита Ареса? Я в любом случае вызову подозрения, когда Ридрих Ронн не услышит даже отголосков моих мыслей. Как ты себе это представляешь?
— А вот это еще надо пр-р-роверить! Подумай сейчас о чем-нибудь.
Ворон тут же растекается вокруг моей головы темным облачком. Вздыхаю: «Птиц — самый странный фамилиар в мире».
— Без тебя знаю, — раздается у меня в мозгах. — Подумай лучше о таком, о чем мне сложно самому догадаться.
«Гейл по моей просьбе прокляла Ареса, и он проиграл бой Ульрику Горну».
— Лысые йар-р-рхи! — восклицает темный дух, снова принимая привычное обличие ворона. — Вот это да!
— Ты услышал мои мысли?
— Угу, — небрежным кивком отмахивается Птиц и тут же, не обращая на меня никакого внимания, передает феям свежую новость.
— Ирис! Он это понял? — сложила руки в молитвенном жесте Элла.
