Последний срок

Прошло почти два года, как они стали напарниками, и Босх уже привык к тому, что у Чу неуверенность в себе выражалась в нескончаемом потоке вопросов, замечаний и комментариев. Обычно он говорил совсем не о том, что его тревожило в данное время. Иногда Босх был к нему снисходителен и отвечал, а порой позволял говорить до тех пор, пока молодой напарник не начинал выходить из себя.

– Гарри, что, черт возьми, происходит? Утром нам поручили дело, а теперь повесили еще одно?

– Полицейское управление Лос-Анджелеса, Чу, военизированная организация. Это означает, что если кто-то выше тебя чином отдает приказ, ты исполняешь его. Такова ситуация. Мы еще вернемся к нераскрытому делу, а пока наша первостепенная задача – новое.

– Какие-то закулисные игры.

– Шовинизм высшей пробы.

– Это еще что такое?

– Слияние полиции с политиканами. Мы едем расследовать смерть сына члена муниципального совета Ирвина Ирвинга. Ты ведь слышал об Ирвинге?

– Да. Когда я пришел в полицию, он был заместителем шефа. А затем баллотировался в муниципальный совет.

– Все так, только ушел он не по доброй воле. Его попросили. А баллотировался в муниципальный совет для того, чтобы получить возможность мстить полиции. Просто и ясно: он живет ради того, чтобы наступить на горло полицейскому управлению Лос-Анджелеса. И еще ты должен знать, что в прошлом он очень не любил меня. Скажем так: у нас с ним было несколько стычек.

– С какой же стати он хочет, чтобы ты занимался делом его сына?

– А вот это мы скоро узнаем.

– Что сказала тебе лейтенант? Это самоубийство?

– Она ничего не сказала. Только дала адрес.

Босх решил не распространяться, иначе напарник мог догадаться, что в канцелярии шефа у него есть источник информации. Пусть Чу пока не знает об этом. А о своих ежемесячных обедах с Киз Райдер он всегда помалкивал.

– Звучит жутковато, – заметил Чу.

Телефон Босха подал сигнал. Он посмотрел на экран: определитель номера был заблокирован, но Босх ответил на вызов. Звонил начальник полиции. Они были знакомы много лет, даже, случалось, вместе занимались расследованиями. Начальник полиции – отслужив свое в отделе особо тяжких преступлений – поднимался по карьерной лестнице как следователь и администратор. Шефом работал всего пару лет и по-прежнему пользовался поддержкой рядовых сотрудников.

– Гарри, это Марти. Ты где?

– На сто первом. Выехали, как только получили указание.

– Хочу хоть что-нибудь выяснить, пока про это дело не пронюхали журналисты, чего ждать недолго. Меньше всего нам нужна шумиха. Тебе наверняка сообщили, что жертва – сын члена муниципального совета Ирвинга. Он настаивал, чтобы расследование поручили тебе.

– Ирвинг не сообщил мне о своих мотивах. Помнится, у тебя с ним была какая-то история.

– Не слишком приятная.