2
0Что известно о деле?
Начальник полиции изложил то, что Босх уже слышал от Райдер, добавив несколько деталей.
– Кто работает от Голливуда?
– Глэнвилл и Соломон.
Босх был знаком с ними по прежним делам и участию в оперативных группах. Оба славились своими крупными габаритами и не меньшим самомнением. Их прозвали Ящиком и Бочкой, и они не обижались. Безвкусно одетые, с перстнями на мизинцах, они тем не менее считались толковыми детективами. И если решили, что это самоубийство, значит, имели на то основания.
– Они продолжат работу под твоим руководством, – произнес начальник полиции. – Я сам приказал им.
– Гарри, уж ты, пожалуйста, постарайся. Мне нет дела до твоей истории с Ирвингом. И ты пока забудь о ней. Нельзя, чтобы член муниципального совета потом заявил, будто мы провалили дело.
Босх немного помолчал, словно раздумывая, о чем бы еще спросить.
– Шеф, а где сейчас Ирвинг?
– Держим его в вестибюле.
– Да. Я позволил ему оглядеться, но не разрешил ни к чему прикасаться. А потом мы увели его.
– Не надо было этого делать, Марти.
Босх понимал, что рискует, заявив начальнику полиции, что тот неправильно поступил. Даже если они вместе съели пуд соли. Поэтому поспешно добавил:
– Понимаю, у тебя не было выбора.
– Приезжай как можно быстрее и держи меня в курсе дел. Если не дозвонишься напрямую, передай все через лейтенанта Райдер.
Шеф не дал номера своего мобильного телефона, которого не показал определитель, и Босх догадался: он больше не будет разговаривать напрямую со старым приятелем, который стал начальником полиции. Неясно другое: как ему приказано вести расследование.
– Шеф, – начал Босх, переходя на официальный тон, чтобы начальник не подумал, будто он пользуется их прежней близостью. – Если увижу, что это самоубийство, то и назову самоубийством. А если вам нужно что-то иное, назначьте кого-нибудь еще.
– Все в порядке, Гарри. Делай что положено.
– Уверены? Ирвинг этого хочет?
– Кстати, Дюваль передала тебе, что продлили срок службы?
– Я настаивал на полных пяти годах, но двоим членам комиссии кое-что не понравилось в твоем досье. Мы выбили все, что могли.
Шеф дал отбой. Едва Босх закрыл телефон, как Чу накинулся на него с вопросами. Босх, сворачивая со Сто первого шоссе на бульвар Сансет, чтобы двигаться дальше на запад, рассказал обо всем.
Выслушав его, напарник сразу спросил о том, что не давало ему покоя все утро:
– А что там с лейтенантом? Ты мне так и не откроешь?
Босх притворился, что не понял.
– В каком смысле «с лейтенантом»?
– Не валяй дурака, Гарри. Что она сказала тебе, когда позвала к себе в кабинет? Собирается выгнать меня из отдела? Я ее тоже всегда недолюбливал.
Босх не устоял перед искушением.
