Последнее японское предупреждение

Да, это стыдно, ужасно – но в голову закралась мысль о том, что папа постарается вывернуться из ситуации любой ценой и по возможности малой кровью.

– Алька… да ты что? – негромко произнес Акела, не сводя с моего лица взгляда. – Ты… как можешь?

– Прости, – пряча глаза, пробормотала я, потом перебралась к нему, обняла и заплакала. – Я не знаю… понимаешь – не знаю, как быть. Не знаю, что думать. И сегодня… ты бы видел эту… мамашу…

– Аля, не вали все в одну кучу, – поглаживая меня по спине, попросил он. – При чем тут эта девка? Соня наша дочь, а не чья-то еще. Наша, понимаешь? Я отдам за нее все. И отца не обижай подозрениями.

– Отца! Отца! – выкрикнула я, пытаясь вырваться, но Акела держал крепко. – Ты неужели не понимаешь, что теперь осталась только одна версия? Только одна! Это Витя Меченый! Некому больше! И это все – из-за отца! Я не понимаю, почему ты защищаешь его?! Ведь он даже тебе не верит! Тебе – который его никогда не подставлял! Он уже никому не верит, никому!

– Прекрати истерику! – жестко сказал муж, встряхивая меня. – Прекрати и не вали все в одну кучу! Я взрослый человек, сам разберусь в своих отношениях с твоим отцом. А ты не имеешь никакого права осуждать его. Никакого! Ты, в конце концов, обязана ему всем, что имеешь. Могло сложиться иначе. Прости, что напомнил.

– Успокоилась? – Акела поцеловал меня в макушку, погладил по щеке. – Ты иногда ведешь себя совсем как ребенок, Аля. Как капризный ребенок.

– А я тебя и не сужу. Если я, мужчина, еле сдерживаюсь, чтобы от боли не разорваться, то каково тебе? Ты ведь мать… Но мы найдем ее, Аля. Обязательно найдем!

Он уговорил меня прилечь, пообещав, что не спустит взгляда с телефонов ни на секунду. Я закрыла глаза, устроившись головой на коленях мужа, а не на подушке, но сон не шел. Какой сон… Я перебирала в голове все, что удалось нам всем собрать по кусочкам за сегодняшний день, и не могла понять, что именно меня беспокоит. Было среди всей информации что-то мелкое, что я пропустила, но о чем все же услышала, хотя значения не придала. И я не могла найти эту мелочь. Так бывало, когда мы с Соней собирали конструктор, и одна деталька закатывалась под кровать, под шкаф или под стол. Вроде все готово – а чего-то не хватает, и вроде ты это видела, оно было, когда из коробки доставали, а сейчас нет…

Я открыла глаза и уперлась взглядом в потолок. Ну, что же меня так беспокоит? Как понять? Перевернувшись на бок, я вдруг увидела висящее на стуле кимоно. Оно было бордового цвета, и вот тут в моей голове что-то щелкнуло. Я резко села, испугав Акелу, который медитировал, раскачиваясь из стороны в сторону.

– Юбка. Понимаешь – юбка на этой девушке была бордовая, так? – заговорила я, лихорадочно перебирая в руках край покрывала. – На той девушке, что увела Соню.