3
0– Уля, ты веришь в бабок?
– Ну как тебе сказать… Я не верю в мистику, во всякие там сглазы и порчи, а вот в умение некоторых бабок лечить травами и заговорами еще как верю! У моей бабушки часто бывали рожистые воспаления, так бабки их снимали запросто. А у мамы на ноге была незаживающая язва, как она мучилась – не описать! Сколько лечилась… А вылечила ее бабка!
Так что попытаться все-таки можно, ну хотя бы для очистки совести. Чем ты, в конце концов, рискуешь?
– А во Владимирской области что за бабка живет, твоя знакомая?
– Там живет дочка той знахарки, что маму вылечила, она тоже лечит… Поедем, Саша, благо сейчас лето и добраться туда будет нетрудно.
– Ну что ж, терять мне и вправду нечего, поедем. Когда?
– Боюсь, что не раньше, чем через неделю, я раньше просто не смогу вырваться, должна закончить работу.
Уля слегка покраснела.
– Да, для него, гада.
– Он уже гад? Почему?
– В том-то и дело, что ничего, – черт бы его взял. Говорит комплименты, целуется, и все…
– Уля, так он, наверное, уже ни на что не способен?
– А мне это надо? Я просто думала, что…
– Так объясни ему, что тебе ничего от него не нужно! Он же просто боится!
– Ну захотелось человеку молодость вспомнить!
– Да ну его к черту… – огорченно проговорила Уля. – Они вообще-то все козлы, а этот еще и старый козел… Все, Сашка, закрыли тему!
– Нет, Уля, ты не права! После встречи с ним ты здорово встрепенулась, помолодела, похорошела…
– Почему зря? Но ты ж сама говоришь, тебе ничего не нужно.
– Мало ли что я говорю, – проворчала Уля. – На самом деле мне действительно ничего не нужно. А между прочим, он тоже здорово изменился за время нашего знакомства.
– Когда я первый раз к нему пришла, у него были какие-то старые, страшные очки. Теперь у него очки – верх элегантности. Он был плохо пострижен, теперь у него хорошая стрижка, и одет он куда лучше…
– Вот видишь, все не зря! Не говоря уж о том, что он дает тебе хорошую работу. И вообще, откуда ты знаешь, может, он сейчас как раз лечится от импотенции?
– Да ну тебя, Сашка! Что ты решила, поедешь к бабке?
– Раз не вышло к бабушке, едем к бабке.
…Все это происходило в отсутствие Глеба, он был на съемках в Архангельске. А когда вернулся, я ему рассказала о своих горестях.
– Не расстраивайся, Санька! Поезжай все-таки к этой бабке, чем черт не шутит! А с посольством история очень странная. Но тоже не катастрофа. Вон у нас в театре Ленька Цитрин, ему тоже сначала отказали, он к родной сестре собирался, а в январе ездил уже. И ты поедешь, Санечка.
Странно, он говорил все как надо, но я чувствовала: что-то с ним творится, ему сейчас совершенно не до меня.
