3
0– Соплей у тебя нет, кашля тоже, значит, это нервы? Несовременно, детка моя! Это раньше у барышень чуть что – горячка!
Уля тараторила так возбужденно, что я поняла – у нее самой что-то произошло. Ведь она вчера еще хотела мне что-то рассказать. И вот примчалась, несмотря на то что терпеть не может Светлану.
– Ульяна Михайловна, вы побудете часочек с Сашей? Я должна сходить в магазин, иначе они тут с голоду помрут. Холодильник пустой!
– Да-да, конечно, я побуду!
– Сашка, что у тебя стряслось? Не надо мне вешать лапшу насчет простуды, все равно не поверю!
– У меня нет сил, Ульяша.
– Что ты шелестишь, как умирающая?
– К сожалению, я, наверное, не умру.
– О, понятно! Глеб кого-то трахнул!
– Догадалась, умная. И кого, интересно?
– Не знаю, но, похоже, пол-Москвы.
– Да так! Мужики вообще склонны к полигамии А вернее, к блядству. Это естественно. Если он не подцепил СПИД, ничего страшного. Остальное можно вылечить.
– Что – Уля? Я оскорбляю тебя в лучших чувствах? Да?
– Ничего подобного! Просто ты жила много лет в шорах, а когда шоры спали… Впрочем, расскажи-ка мне все по порядку, может, это еще полная чепуха! И не говори, что у тебя нет сил. Найдутся. А расскажешь, сразу легче станет. Тебя небось распирает…
– Нет, это тебя распирает. Что там с твоим Сигизмундычем?
– Мы вчера с ним целовались, можешь себе представить?
– Уля! Где же вы целовались?
– У него в кабинете! Смешно, да?
– Нисколько. И как тебе?
– Да я даже не знаю… Но в общем… Мне понравилось.
– Не знаю! Он сказал: может быть, нам уже хватит общаться в этом кабинете? Как по-твоему, что это значит?
– Это значит, что он хочет тебя куда-нибудь пригласить. Пригласил?
– А что ты ему сказала?
– Я как-то растерялась, если честно.
– Я понимаю, в моем возрасте и с моим жизненным опытом это чудовищно глупо, но…
– А может, тебе пригласить его в гости? Ему известно, что ты живешь одна?
– Почем я знаю, что ему там известно…
– Еще как! И это само по себе хорошо, правда? А то я себя уже чувствовала мумией. Ну все, я высказалась, и мне легче. Теперь ты излагай!
Я рассказала ей о разговоре, услышанном в уборной.
– И это все? – воскликнула она.
