3
0– Зачем вы мне сообщаете свой возраст? – как-то хрипло рассмеялся он. – Хотите сказать, что я для вас стар?
Мы шли молча. Должна признать, что я волновалась не меньше, чем он. Неужели я влюбилась в него?
Но я ведь люблю Глеба. Разве их можно сравнить?
Но сейчас мне куда больше нравился мой спутник, мой тезка. И наверное, если он захочет подняться со мной в квартиру своей матери, я уступлю, мне хочется этого, а я ведь решила, что теперь буду делать то, что хочется.
Я и не заметила, как мы дошли до подъезда.
– Саша, больше всего на свете я хочу сейчас плюнуть на все и остаться с вами.
– Не надо ничего говорить. Я все знаю. И все-таки сейчас я уйду. Так будет лучше. Нам обоим надо все осознать, правда? И как ни банально это звучит, вам надо проверить, что это – мимолетное ощущение или же что-то более сильное. Про себя я все понял, а вы – нет. А в общем, все это чепуха. Слова, слова, слова, как говорил Гамлет. На самом деле я просто спешу и не хочу, чтобы это случилось второпях. До свиданья, Саша!
Он повернулся и чуть ли не бегом ушел.
Я осталась стоять в полной растерянности. Ну и вечер! А я веду довольно бурную жизнь, уйдя от обожаемого мужа. Ну что ж, может, это и хорошо, по крайней мере, я абсолютно перестала ощущать себя чувырлой. И одно это уже дорогого стоит.
Утром я побежала искать банкомат. Когда листок с распечаткой оказался у меня в руках, я даже вскрикнула. Там значилась сумма, от которой глаза на лоб полезли. Двести восемьдесят шесть тысяч шестьсот пятьдесят три доллара. Господи, что это?
Наверняка какая-то ошибка. Я даже не обрадовалась, я испугалась. И тут же помчалась домой – звонить бабушке. Мне было ясно, она хочет убедиться, что я эти деньги получила. Но как, почему? Это ведь целое состояние! У бабушки никто не отвечал. И тут же зазвонил мой сотовый.
– Нет, Саша, это соседка вашей бабушки, Наташа, мы с вами виделись в Москве.
– Наташа, здравствуйте, что-то случилось?
– У вашей бабушки приступ, ее увезли в больницу, но она просила вам передать, чтобы вы позвонили ей, запишите номер.
– Наташа, ей очень плохо?
– По-моему, да, не стану скрывать. Она в последние недели вообще очень сдала. Но у нас прекрасные врачи, не волнуйтесь, так уже бывало. И уход тут хороший. Она еще просила, чтобы я вам напомнила насчет распечатки. Она не объяснила, в чем дело, но сказала, что вы поймете.
– Спасибо, Наташа, я сейчас же ей позвоню.
Я набрала номер больницы и тут же услыхала совсем слабый голос бабушки:
– Сашенька, слава богу. Ты сделала то, что я просила?
– Конечно, но я ничего не поняла…
– Деточка, у нас все так запутано и сложно, я не могу официально все оформить достаточно быстро…
Она умолкла, я слышала, как тяжело она дышит, и сердце мое разрывалось от жалости.
